быстрый поиск:

переводика рекомендует  
Война и Мир
Терра Аналитика
Усадьба Урсы
Хуторок
Сделано у нас, в России!
ПОБЕДИТЕЛИ — Солдаты Великой Войны
Вместе Победим
Российская газета
 
опубликовано редакцией на Переводике 13.04.17 17:51
скаут: Miroslav;
 
 

Владимир Путин переиграл Тиллерсона и поставил США ультиматум

Владимир Путин с самого начала «шахматной партии» с Рексом Тиллерсоном знал, как поставить США мат. При этом российский стратег даже дал шанс американцу разойтись в патовой ситуации. Впрочем, оппонент либо не понял тонкого намека, либо обдуманно пошел на поражение.

Еще до приезда в Москву госсекретаря США Рекса Тиллерсона, официальный представитель МИД РФ Мария Захарова заявила, что «ехать к нам с ультиматумом бесполезно, это просто контрпродуктивно». Этот посыл и можно расценивать, как некое предупреждение, мол, в Москве если и будут разговаривать, то с позиции силы. Однако силы, как не некого диктата, а реального дипломатического «разбора полетов».

Кремль, и Владимир Путин в лице всей России, однозначно дал понять, что приезжать в Москву, чтобы навязывать свои правила игры будь-то в Сирии или Украине, даже не стоит.

И как только самолет с американцем на борту приземлился в Москве, продолжилась «шахматная партия». Ни красных тебе красных ковровых дорожек, ни хлеба, ни соли, ничего – ущербный трап и никакого внимания на прилет столь «значимой» фигуры. Да, стоит вспомнить, что Рекс Тиллерсон – и это человек награжденный Орденом Дружбы в России.

Следом состоялась встреча госсекретаря США встречей с главой МИД РФ Сергеем Лавровым. Попытались обсудить многое, однако и тут американцу скорее было дискомфортно. Наверняка сказался тот момент, что Тиллерсон до последнего не понимал, ждет ли его встреча с Владимиром Путиным.

В итоге после более 4 часов разговоров информации о том, что Рекс осуждает Кремль или ставит Москве ультиматум, так и не появилось, как собственно и понимания того, примет ли его президент РФ Владимир Путин. Особенно после того, как американец позволил себе говорить о России, как об агрессоре, который не смог удержать Асада от использования химического оружия.

Впрочем, Владимир Путин «снисходительно» отнесся к американскому гостю. Президент РФ пригласил гостя в свои «апартаменты» и, как истинный дипломат, предложил решить наболевшие вопросы. Впоследствии сообщил пресс-секретарь Дмитрий Песков: Сирию обсудили — «обстоятельно», а Украину — «пунктирно».

Стороны не сделали громких заявлений, чем, собственно, заинтриговали весь мир. Однако перевес в «шахматной партии» точно перешел к Владимиру Путину. О чем может говорить не только тот факт, что Рекс Тиллерсон «молчал» весь визит в России. Также следует отметить, что Россия вновь показала свою силу в ООН.

Ведь именно после визита госсекретаря США Россия наложила вето на резолюцию Совета Безопасности ООН по Сирии. По сути это и был мат в этой короткой партии. Президент РФ переиграл Рекса Тиллерсона в Москве и поставил ультиматум в СБ ООН.

Антон Орловский

статью прочитали: 30812 человек

   
теги: Владимир Путин, Россия, США  
   
Комментарии 
Страницы: Пред. 1 2 3 4 5 ... 9 След.
Arkady Slutsky, 17.04.2017 21:35:09
Виктор Иванов, 17.04.2017 13:59:46

Оканчиваю: такие истории о себе и при личной встрече редко рассказывают. Да и не все Выслышали. Были истории, которые Вам боялись рассказывать, чтобы не проболтались.
Мои родители не учили меня идишу, дома на нем разговаривали только тогда, когад надо было обсудить проблемы, о которых я не должен был знать, чтобы не проболтаться. Были они простыми инженерами и жили только на законную зарплату. Но такая была жизнь, великий патриот Виктор Иванов.
Arkady Slutsky, 18.04.2017 01:04:51
Виктор Иванов, 17.04.2017 13:59:46

Делаю Вам подарок. Живет еврей Ион Деген. Бывший советский, ныне израильский. ВОВ начал в 15 лет. Заканчивал командиром танка Т-34 в танковой бригаде прорыва. Остался жив. Стал хирургом-ортопедом, д.м.н. В свободное время пиал и пишет для души. Ниже помещаю несколько его фронтовых стихотворений, куски его интервью в книге Драбкина "они воевали на Т-34" и его рассаз, изданный в Израиле. Верить или нет - это Вам решать.

Итак. Стихи:

Ноябрь 1944 г.
«Мой товарищ, в смертельной агонии…»
Мой товарищ, в смертельной агонии
Не зови понапрасну друзей.
Дай-ка лучше согрею ладони я
Над дымящейся кровью твоей.
Ты не плачь, не стони, ты не маленький,
Ты не ранен, ты просто убит.
Дай на память сниму с тебя валенки.
Нам ещё наступать предстоит.

Июль 1941 г.
Из разведки
Чего-то волосы под каской шевелятся.
Должно быть, ветер продувает каску.
Скорее бы до бруствера добраться.
За ним так много доброты и ласки.

Август 1942 г.
«Воздух вздрогнул…»
Воздух вздрогнул.
Выстрел.
Дым.
На старых деревьях обрублены сучья.
А я ещё жив.
А я невредим.
Случай?

Июль 1944 г.
«Случайный рейд по вражеским тылам…»
Случайный рейд по вражеским тылам.
Всего лишь взвод решил судьбу сраженья.
Но ордена достанутся не нам.
Спасибо, хоть не меньше, чем забвенье.
За наш случайный сумасшедший бой
Признают гениальным полководца.
Но главное — мы выжили с тобой.
А правда — что? Ведь так оно ведётся.

Сентябрь 1944 г.
«Есть у моих товарищей танкистов…»
Есть у моих товарищей танкистов,
Не верящих в святую мощь брони,
Беззвучная молитва атеистов:
— Помилуй, пронеси и сохрани.
Стыдясь друг друга и себя немного,
Пред боем, как и прежде на Руси,
Безбожники покорно просят Бога:
— Помилуй, сохрани и пронеси.


Октябрь 1944 г.
«Зияет в толстой лобовой броне…»
Зияет в толстой лобовой броне
Дыра, насквозь прошитая болванкой.
Мы ко всему привыкли на войне.
И всё же возле замершего танка
Молю судьбу:
Когда прикажут в бой,
Когда взлетит ракета, смерти сваха,
Не видеть даже в мыслях пред собой
Из этой дырки хлещущего страха.

Ноябрь 1944 г.
«Когда из танка, смерть перехитрив…»
Когда из танка, смерть перехитрив,
Ты выскочишь чумной за миг до взрыва,
Ну, всё, — решишь, — отныне буду жив
В пехоте, в безопасности счастливой.
И лишь когда опомнишься вполне,
Тебя коснется истина простая:
Пехоте тоже плохо на войне.
Пехоту тоже убивают.

Декабрь 1944 г.
«Осколками исхлёстаны осины…»
Осколками исхлёстаны осины.
Снарядами растерзаны снега.
……
Я даже в тесном Т-34
Не восторгаться жизнью не могу.
Так хорошо в день ясный и погожий,
Так много тёплой ласки у меня,
Что бархатистой юной женской кожей
Мне кажется шершавая броня.
Чтобы царила доброта на свете,
Чтоб нежности в душе не убывать,
Я еду в бой, запрятав чувства эти,
Безжалостно сжигать и убивать.
И меркнет день.
И нет небесной сини.
И неизвестность в логове врага.
Осколками исхлёстаны осины.
Снарядами растерзаны снега.

Январь 1945 г.
Ущербная совесть
Шесть «юнкерсов» бомбили эшелон
Хозяйственно, спокойно, деловито.
Рожала женщина, глуша старухи стон,
Желавшей вместо внука быть убитой.
Шесть «юнкерсов»… Я к памяти взывал,
Когда мой танк, зверея, проутюжил
Колонну беженцев — костей и мяса вал,
И таял снег в крови дымящих лужах.
Шесть «юнкерсов»?
Мне есть что вспоминать!
Так почему же совесть шевелится
И ноет, и мешает спать,
И не даёт возмездьем насладиться?

Январь 1945 г.
Товарищам «фронтовым» поэтам[1]
Я не писал фронтовые стихи
В тихом армейском штабе.
Кровь и безумство военных стихий,
Танки на снежных ухабах
Ритм диктовали.
Врывались в стихи
Рваных шрапнелей медузы.
Смерть караулила встречи мои
С малоприветливой Музой.
Слышал я строф ненаписанных высь,
Танком утюжа траншею.
Вы же — в обозе толпою плелись
И подшибали трофеи.
Мой гонорар — только слава в полку
И благодарность солдата.
Вам же платил за любую строку
Щедрый главбух Литиздата

Медаль «За отвагу»
Забыл я патетику выспренних слов.
О старой моей гимнастёрке.
Но слышать приглушенный звон орденов
До слёз мне обидно и горько.
Атаки и марши припомнились вновь.
И снова я в танковой роте.
Эмаль орденов — наша щедрая кровь,
Из наших сердец позолота.
Но если обычная выслуга лет
Достойна военной награды,
Низведена ценность награды на нет,
А подвиг — кому это надо?
Ведь граней сверканье и бликов игра
Вы напрочь забытая сага.
Лишь светится скромно кружок серебра
И надпись на нём — «За отвагу».
Приятно мне знать, хоть чрезмерно не горд:
Лишь этой награды единой
Ещё не получит спортсмен за рекорд
И даже генсек — к именинам.

Понравились? В интернете найдете еще.
Arkady Slutsky, 18.04.2017 01:10:37
Виктор Иванов, 17.04.2017 13:59:46

Ион Деген. Из интервью:

Попали мы во 2-ю отдельную гвардейскую танковую бригаду….
Бригада использовалась исключительно «для прорыва» и несла огромные потери в каждой наступательной операции. По сути дела, это была бригада смертников, и пережить в ней два наступления для рядового танкиста было чем-то нереальным. После того как я выжил в летнем наступлении в Белоруссии и Литве, меня все в батальоне называли за живучесть — Счастливчик.

Уличные бои — это настоящий кошмар, это ужас, который человеческий мозг не в силах полностью охватить. Рушащиеся здания. Трупы на мостовой. Истошные вопли раненых. Обрывки пересыпанной матюгами солдатской речи. И потери, дикие и жуткие.
Только и слышишь вокруг: «Вперед, мать вашу!.. Если через двадцать минут не возьмешь мне этот… дом, застрелю к … матери!»

… когда наградные оформляли непосредственно в бригаде, то штабные бригадные писаря, народ осведомленный, сразу «шептали на ушко», кого представили, и на какой орден, и что там дальше происходило. Например, когда комбат гвардии майор Дорош заикнулся в штабе бригады, что лейтенант Деген за Вильнюс заслуживает Звезду Героя и он, комбат, просит разрешения на заполнение наградного листа на ГСС на мое имя, писаря мне сразу сообщили, что наш замполит Смирнов «лег костьми поперек стола», чтобы не допустить подобного представления, да еще весь политотдел бригады подключил к «борьбе за чистоту геройских рядов от всяких там Дегенов».

— Как кормили танкистов во 2-й гвардейской бригаде?
— Неплохо, с пехотой не сравнить. Нас как-то наш заместитель по хозяйственной части капитан Барановский накормил овсянкой со свиной тушенкой, так мы стали возмущаться, чуть ли не бунтовать. А пехоту кормили баландой. Не верю рассказам о том, как пехоту кормили наваристыми борщами и кулешом с салом. Отъедались в пехоте только благодаря «трофеям». А в обороне… Хлеба дадут пехоте 800 грамм на день, они его утречком съедят, а дальше только ремень потуже затягивают. Но и мы, танкисты, всегда искали, где еще можно подкормиться. Когда нам выдавали перед операциями продовольственный НЗ — сало, галеты и т.д., то этот НЗ уничтожался моментально.

…. речь идет о командующем бронетанковыми войсками 3-го Белорусского фронта генерал-полковнике Алексее Григорьевиче Родине. Говорили, что большего жлоба и самодура не знала вся Красная Армия. Он срывал звезды с погон полковников, громогласно отборным матом объявляя о том, что они разжалованы в майоры и подполковники. Мог просто сорвать погоны. Мог обматюгать любого генерала в присутствии подчиненных. Мог ударить любого офицера, не говоря уже о рядовых….
Его «гениальные нововведения» поражали многих своим идиотизмом… В обороне танки стоят в вырытых окопах, на дне которых укладывались два бревна. Из брезента сооружались крыша и стены. Торец этого своеобразного «гаража» закрывался соломенным матом, в котором проделывалась дверь. Так вот, генерал Родин приказал, чтобы из каждого трака гусеницы тщательно выковыривалась грязь, трак протирался газолем до «зеркального блеска», а затем — насухо. Возвращаясь после каждого выезда, даже валясь с ног от усталости, мы ножами, отвертками, штыками выковыривали грязь из траков, мыли, терли и медленно, по сантиметрам, скатывали танк в окоп на бревна….
В зал вошел генерал Родин. Все встали. Я находился крайним слева у прохода, по которому шествовал Родин. Он заметил меня и остановился. Презрительно глядя на меня, Родин сказал: «Я тебя не расстрелял. Ты мне еще понадобишься. Все равно погибнешь. Но ты у меня кровью смоешь вину! А пока не видать тебе ордена за прошлый бой!» Родин поднялся на сцену и остановился перед закрытым занавесом. Далее генерал Родин произнес следующую речь: «Все вы, сволочи, получили инструкцию, что у нас сейчас новый антифриз, этиленгликоль. Все вы, сукины сыны, были предупреждены, что это сильный яд. Но некоторые говнюки считают, что это только угроза, что антифриз прежний — спирт, глицерин и вода, который вы лакали, как свиньи, доливая вместо антифриза воду и замораживая моторы. Так вот вам, мать вашу, наглядная демонстрация. Приказываю, б…, всем смотреть на сцену и не отворачиваться, суки, пока я не подам команду!» Распахнулся занавес. На сцене лежали, умирая в муках, корчась и изламываясь и постепенно угасая, пять человек. Экипаж танка, отравившийся выпитым антифризом. Не знаю, сколько времени длилась агония экипажа и наши муки. Но генерал Родин и его порученцы лично следили за тем, чтобы никто не отворачивался от сцены… Хороший был генерал этот товарищ Родин…

… В моей последней атаке мне пришлось командовать сборной ротой из разных танковых частей. Шесть танков Т-34, четыре самоходки 152 мм, два танка ИС-2. И скажу честно, что эти танки, «приданные от соседей», в атаку на верную смерть не пошли! Не пошли… Остались на исходной позиции…

в нашей танковой бригаде антисемитам было очень тяжело открывать свое поганое хайло и орать: «Евреи в Ташкенте от фронта отсиживаются!» Комбриг — еврей, зампотех — еврей, командира лучшей роты звали Абрам Коган, одним из лучших механиков-водителей бригады был одессит Вайншток, да и во многих экипажах было как в песне — «кругом одни евреи». И этот список можно продолжить… Коган, Вайншток, Сегал, Ицков, Урманов погибли в 1944 году. И еще несколько ребят-евреев, с которыми я познакомился, из нашей и из соседней 120-й танковой бригады, тоже сгорели в танках.
Arkady Slutsky, 18.04.2017 01:17:05
Виктор Иванов, 17.04.2017 13:59:46

Ион Деген. Рассказ из книги
Ион Деген. Война никогда не кончается

РАССКАЗЫ, ДОКУМЕНТАЛЬНАЯ ПРОЗА, СТИХИ
ИЗРАИЛЬ
1995

ПОСЛЕ БОЯ
Подъехал второй танк. Леша соскочил с надкрылка и подошел к нам.
….. Ну и видок у него! … Такая тоска на его лице - посмотрит птица и умолкнет. Тяжело нам далась эта ночь. В бригаде только вдвоем мы остались из нашего выпуска. А было восемнадцать свеже испеченных младших лейтенантов. ….. Три года Леша ничего не знал о маме. После освобождения Одессы они нашли друг друга. Никого, кроме Леши, у нее нет. Он ей денежный аттестат выслал. Как не радоваться? Но сейчас у него такое лицо...
- Нет, не надо, Леха. Ты лучше поезжай потихонечку. Может на малой скорости сохранишь бандажи. Выберешься из леса - не торопись. Через полчаса я тебя догоню.
Танк объехал нас, ломая подлесок, и, тихо шлепая траками, ушел в густую духоту просеки. …..
Лешина машина стояла за поворотом. ….. А ведь до войны было еще далеко, километров пятнадцать, пожалуй.
Я сразу ощутил беду. И вспомнил Лешино лицо там, в лесу, на просеке.
А тут еще "виллис" отъехал - заметил я его, почти вплотную подойдя к танку. Но мне было не до "виллиса".
Башнер привалился к кормовой броне и плакал навзрыд. Лешкин башнер, весельчак и матерщиник. Даже наши десантники считали его сорви-головой.
Стреляющий еле выдавливал из себя слова:
- Умаялись мы. Вздремнули. А механик тихо плелся. Как вы приказали. А за нами увязался генеральский "виллис". Кто его знал? Дорога узкая. Никак не мог обогнать. А как объехал, остановил нас и давай драить. Кто, говорит, разрешил вам дрыхнуть на марше? Почему, говорит, нет наблюдения? Целый час, говорит, проманежили меня. А какой там час? Вы же сами знаете, только из леса выехали. Лейтенант, значит, виноват, мол, всю ночь в бою, устали. А тот говорит - разгильдяи! Почему, говорит, погоны помяты? Почему воротник не застегнут? И давай, значит, в мать и в душу. А лейтенант и скажи, мол, мать не надо трогать. За матерей, мол, и за родину воюем. Тут генерал выхватил пистолет и... А те двое, старшие лейтенанты, уже, поди, в мертвого выстрелили, в лежачего. А шофер ногами спихнул с дороги. Пьяные, видать.
- А вы чего смотрели?
- А что мы? Генерал ведь.
- Какой генерал?
- Кто его знает? Генерал. Нормальный. Общевойсковой.
Леша лежал ничком у обочины. Щупленький. Черные пятна крови, припорошенные пылью, расползлись вокруг дырочек на спине гимнастерки. …..
Я держался за буксирный крюк. Как же это?.. Столько атак и оставался в живых. И письмо от мамы. И аттестат ей послал. И в училище на соседних койках. А как воевал!
Ребята стояли молча. Плакал башнер, привалившись к броне. Я смотрел на них, почти ничего не видя.
- Эх, вы! Генерал! Сволочи они! Фашисты! - Я рванулся к танку. Как молнией хлестнуло мой экипаж. Миг - и все на местах, быстрее меня. Я даже не скомандовал.
Взвыл стартер. Тридцатьчетверка, как сумасшедшая, понеслась по дороге. А "виллис" уже едва угадывался вдали. ….
……..
Я еще не думал, что сделаю с "виллисом", когда взбирался на плоскогорье. У меня просто не было времени подумать. Мне кажется, что только сейчас, когда после стольких усилий мы проиграли погоню, что только сейчас до меня дошла нелепось происходящего: от лейтенанта удирает генерал.
Но он не должен удрать. У возмездия нет воинского звания.
Я быстро поменялся местами со стреляющим. Развернул башню.
- Осколочный без колпачка!
- Есть, осколочный без колпачка! …
- Заряжай!
- Есть, осколочный без колпачка!
Стукнул затвор. Спокойно, Счастливчик, спокойно.
Ишь, как оглядываются! Только шофер прикипел к баранке. Протрезвел генерал! Жирная складка шеи навалилась на целлулоидный подворотничек, как пожилая потаскуха на руку юнца. А старшие лейтенанты! Глаза сейчас выскочат? Страшно, сволочи? А нам не страшно каждый день целоваться со смертью? Но должна же на свете быть справедливость? Не для того ли Леша скрывал свой страх?
Леша... Что я напишу его маме? Зачем я отпустил его? Почему я не согласился на его помощь?
Спокойно. Все вопросы потом. Чуть-чуть выше кузова. В промежуток между старшими лейтенантами. Я довернул подъемный механизм. Вот так. Пальцы мягко охватили рукоятку. Спокойно. Раз. Два. Огонь!
Откат. Звякнула гильза. Рукоятка спуска больно впилась в ладонь.
Вдребезги!
А я все еще не мог оторваться от прицела. Казалось, то, что осталось от "виллиса", всего лишь в нескольких метрах от нас.
Тусклое пламя. Черный дым. Груда обломков. Куски окровавленной человечены. ….
До боя надо успеть выслать деньги в Одессу.
Пусто. Тихо. Только в радиаторах клокочет кипящая вода.
1957 г.

Имейте в виду: он же знает, что смертник. Ему все равно где погибнуть в танке в бригаде или в штрафном батальоне, как он пишет в другом месте. У него соответсвующая психика. И в мирной жизни потом он вел себя как танкист бригады прорыва.
Все, что я читал и слушал очевидцев, подтверждает, что такое могло быть.

Такой он русский патриотизм бывает, который Вы расхваливаете.
Виктор Иванов, 18.04.2017 08:10:50
Спасибо, тов.Слуцкий.
Смог дочитать до сцены узнавания командующим бронетанковыми войсками фронта рядового танкиста Догена и ослабел.
Прочел про его облаивание (по антисемитским мотивам) Абсолютного Героя З-го Белорусского фронта тов. Иосю Догена и понял - читать дальше не стоит.

Видите ли, дорогой Аркадий, Фронт в те времена, это не киббуц.
Это нечто очень-очень больше...Несоизмеримо больше.

Даже командир полка, как правило, не знаком лично с последним рядовым последнего хозвзвода.
Их сферы деятельности не пересекаются.
Иося, подручный повара, командира полка должен знать и знает.
А вот наоборот- крайне сомнительно-с.

Я как-то не в состоянии представить, что Командующий Фронтом держал в памяти какого-то рядового танкиста, запомнил его ужасающе героический лик. В толпе отыскал его, Иосю Догена, и проорал всякие хулительные слова...
Поверить Иосе могут только откровенные идиоты.

Сцена инструктажа по пользованию антифризом вообще сбивает с ног. :D
Командующий Фронтом приезжает в рядовую танковую бригаду с целью довести до личного состава, что жрать антифриз не полезно для организма танкиста. Для этого привозит отравившийся экипаж. И демонстрирует умирание людей, которых вполне можно спасти на этой стадии отравления.

Такая фантасмагория может возникнуть только в плешивой головенке Иоси Диогена после принятия внутрь избыточного количества плохого денатурированного алкоголя.

Это как если бы Беня Нетаньяху помчался в киббуц на краю пустыни с инструктажем по выращиванию редиски.
С демонстрацией помирающей от пережора хим.удобрений бригады тупых иудеев...

Сообщите кто-нибудь придурковатому Иосе, что в РККА вообще никогда не существовало "танковых бригад прорыва".
С конца 1942-го были танковые полки прорыва, укомплектованные тяжелыми танками в кол-ве 21 ед.

И в уличных боях они участия не принимали. 8)

Для справки. Мой отец командовал танковым батальоном - на конец войны, в Праге...
Виктор Иванов, 18.04.2017 09:42:20
Совершенно инфернальная , душераздирающая сцена погони геройского Иоси за "виллисом" с генералом и офицерами, только что расстрелявшими офицера - командира танка, вызвала у меня в ушах мощный хит Баха "Полет Валькирий".

Неукротимый евреец ,Герой Всех Времен Иося Доген, гремя танком Т-34 несется с карательной акцией.

Если не знать, что расстрел офицера генералом и другими офицерами абсолютно невозможен вне прописанных документами - Уставами обстоятельств, то можно, разумеется, впечатлиться...

В описываемом Иосей варианте такое могло содеяться только в проспиртованом и пораженном старческой деменцией мозгу сочинителя - самого Иоси.

Ибо дурачка- генерала ждал бы скорый и беспощадный суд - сразу после расследования происшедшего Особым Отделом армии.
Верховный подписал бы высшую меру не раздумывая.

Лютый героец Иося при попытке расстрелять группу в составе генерала и офицеров в военное время был бы успокоен гаечным ключом в темя собственным экипажем и сдан особистам.

С последующей крайне печальной судьбой, не предусматривающей написание мемуаров для "Аркадиев"...
Ну вот зачем экипажу - фронтовикам, прошедшим всю войну, идти под неминуемый расстрел из-за внезапно спятившего мудака.

Разочарован я в вас, Аркадий...
Нельзя быть таким чудовищно легковерным. 8)
Arkady Slutsky, 18.04.2017 11:55:47
Виктор Иванов, 18.04.2017 09:42:20

Вы мне цитаты из документов, я Вам примеры из жизни.

Когда успели стать таким догматиком? Примеры Вам не нравятся? Сочувствую.

Вечером помещу примеры из Никулина.
Arkady Slutsky, 18.04.2017 13:51:15
Виктор Иванов, 18.04.2017 08:10:50

Подробности о знакомстве лейтенанта и генерал-полковника:

Г.К. - В какую бригаду Вы попали?
И.Л.Д. - Во 2-ую отдельную гвардейскую танковую бригаду,
Она была фронтового подчинения и не входила в состав какого-то определенного танкового корпуса.
Бригада использовалась исключительно "для прорыва" и несла огромные потери в каждой наступательной операции. По сути дела это была бригада смертников, и пережить в ней два наступления для рядового танкиста было чем-то нереальным.
После того, как я выжил в летнем наступлении в Белоруссии и Литве, меня все в батальон называли за живучесть - Счастливчик.
. Но если честно говорить, у нас почти не было экипажей воевавших в одном составе больше 2-3- месяцев. Все погибали, или были ранены.
При всех своих сильных сторонах танк Т-34 был довольно уязвимым и в "соревновании между снарядом и танком" нам часто не везло. 88-мм немецкая пушка насквозь прошивала лобовую броню Т-34.
"Текучка кадров" из-за смертности в боях была страшной. Экипажи толком знакомились между собой только в обороне или на переформировке.

Здесь речь идет о командующем бронетанковыми войсками 3-го Белорусского фронта генерал-полковнике Алексее Григорьевиче Родине..
В конце ноября 1944 года Родин приехал к нам в бригаду.
Его "сиятельство" охраняла полнокровная рота мотострелков на БТРах. Понимаете, целая рота бездельников! А в это время на передовой младшие командиры не представляли себе, где найти хоть еще одного солдата, чтобы залатать очередную брешь в обороне.
Его "сиятельство" охраняла полнокровная рота мотострелков на БТРах. Понимаете, целая рота бездельников! А в это время на передовой младшие командиры не представляли себе, где найти хоть еще одного солдата, чтобы залатать очередную брешь в обороне.
Родин решил провести рекогносцировку. Обратился к командиру танка из моего взвода,... "Доложи, что видишь" - обратился он к лейтенанту.
Володя вытащил планшет и четко начал - "Слева, на юго-западе, лес Шталупенен". Генерал Родин прорычал - "Какой к ... матери лес?! Ты что, ослеп нахер? Роща Шталупенен, а не лес!" - и Родин ткнул пальцем в свою карту.
Не знаю, какая вожжа попала мне под хвост, но после целого часа матерных генеральских измывательств над нами и над комбригом, обида за всех облаянных и униженных, затопила меня и выхлестнула наружу.
Я сказал - "Разрешите обратиться, товарищ генерал-полковник?". "Ну!" - "Какого года ваша карта?". Генерал взглянул на свой планшет - "Ну, 1891-го". "За пятьдесят три года роща могла превратиться в лес" - сказал я. "Что?!!- генеральский крик потряс морозный воздух - Гнида! Да ты... Пошел, б... отсюда к ... матери!". Я четко приложил ладонь к дуге танкошлема и во всю мощь хорошо поставленного командирского голоса прокричал - "Есть идти к ... матери", - и чуть тише добавил - "вслед за генералом, который знает туда дорогу!".
Чеканя шаг, я прошел мимо обалдевших офицеров. Родин орал мне вслед и топал ногами. Досталось и комбригу и комбату, но этого я уже не видел, только слышал генеральский мат, оглушающий окрестности. Родин еще долго матом объяснял комбригу, что представляет из себя, он и его подчиненные... Комбат Дорош после спросил меня - "Тебе это надо было?". Ждали серьезных последствий. Но их не последовало, за исключением одного, мне не дали орден, к которому я был представлен. Но это мелочи.

Вскоре мне вновь пришлось столкнуться с командующим БТ и МВ фронта. Прошла пара недель, и вдруг, всех механиков-водителей и командиров танков из нескольких бригад фронтового подчинения собрали в большом зале немецкого офицерского клуба. Несколько сотен человек. Никто из нас не знал причины сбора. В зал вошел генерал Родин. Все встали. Я находился крайним слева у прохода, по которому шествовал Родин. Он заметил меня и остановился. Презрительно глядя на меня, Родин сказал - "Я тебя не расстрелял. Ты мне еще понадобишься. Все равно погибнешь. Но ты у меня кровью смоешь вину! А пока, не видать тебе ордена за прошлый бой!".

И еще Вам для обалдевания: жизнь и инструкции:
Один случай очень хорошо врезался в мою память. Это было в октябре 1944 года. Один экипаж из нашей роты успел выбраться из подбитого танка. Все пять человек благополучно добрались с поля боя до тыла батальона.
Им принесли поесть. Экипаж сел под деревом, пытаясь как-то "отойти" от всего пережитого в бою. Уцелевшие раньше танкисты смотрели с сочувствием на своих товарищей. Появился батальонный "смершевец" в звании капитана, сопровождаемый двумя солдатами из его "конторы".
"особист" спросил командира экипажа - "Почему все сгорели, а твой экипаж полностью выжил?!". Лейтенант спокойно ответил - " А вы сами разок в атаку сходите, тогда поймете". Капитан достал ТТ из кобуры. Это и было его ошибкой.
Мы, свидетели происходящего, набросились на него и здорово "обработали" этого капитана. Избитого унесли. Не скажу, чтобы мы сильно переживали в ожидании неминуемого наказания. Мы и так чувствовали себя "смертниками", и нам было глубоко плевать, где нас убьют, в танковой атаке в родной бригаде или в стрелковом строю штрафного батальона:
Произошел нечто невероятное. Никто не сказал нам ни слова. Капитана мы больше не видели.

И об итогах войны Дегена:
Г.К. - За время Вашего участия в боевых действиях в составе 2-ой гвардейской Отдельной Танковой Бригады Вашим экипажем уничтожено 12 немецких танков и 4 самоходных орудия. Насколько весомым считался такой боевой успех?
И.Л.Д. - Думаю, что это весьма неплохо. Тем более, что на моих глазах погибли десятки танковых экипажей, так и не успевших перед своей смертью подбить хоть один немецкий танк: Война...

А какие успехи были у Вашего папы?
Arkady Slutsky, 18.04.2017 13:54:46
Виктор Иванов, 18.04.2017 08:10:50

Ваше "И в уличных боях они участия не принимали."

Командир Дегена об этом не знал и отправил его участвовать в освобождении Вильнюса. Он описывает свои уличные бои в танке. Сами прочитаете или привести здесь?
Arkady Slutsky, 18.04.2017 14:05:07
Виктор Иванов, 18.04.2017 09:42:20

Вы не воевали "смертником". У вас другая ментальность. Да к старости еще окостеневшая.

Ко всем воспоминаниям: кто-то верит, кто-то не верит. Вы верите воспоминаниям Вашего папы и его фронтовых друзей. Но обычно в этих воспоминаниях вспоминаюти только хорошее, победное и не обязательно правду, если слушает сынок.

Я верю воспоминаниям Дегена, опубликованными в официальной книге воспоминаний, или в книге его личных воспоминаний. Вы нет. Это Ваше право.

Моя вера стоито на том, что естьего истории, которые такие-же, бывшие со мной или знакомыми или встреченные в других воспоминаниях. Т.е. его воспоминания из поля событий ВОВ в моей голове укладываются в общее поле событий, не выделяясь, не являясь исключением. Не могут разные люди, никогда не видевшие друг друга, писать об одном и том же.
Меня интересуют факты, Вас - инструкции.
Страницы: Пред. 1 2 3 4 5 ... 9 След.

Комментарии возможны только от зарегистрированных пользователей, пожалуйста зарегистрируйтесь

Праздники сегодня

© 2009-2017  Создание сайта - "Студия СПИЧКА" , Разработка дизайна - "Арсента"