Россия в объятиях истории
Рецензия
Зимняя олимпиада для России прошла настолько плохо, что несколько депутатов Госдумы потребовали отставки министра спорта и других ответственных лиц. Даже премьер- министр Путин выразил своё недовольство, указывая, что следующая зимняя олимпиада пройдёт в Сочи.
На второй неделе соревнований я находился в Санкт Петербурге и по российскому телевидению следил за олимпиадой. Показывали, как отчаянно российская сборная вырвалась вперёд на лыжном состязании двойной гонки преследования 2 по 15 км.
«Саша, Сашенька, беги, вся Россия стоит за тобой!»- кричал комментатор Александру Легкову, которому удалось обогнать Йохана Ольссона, однако в спурте проигравшему и ему, и Тобиасу Ангереру, и Маркусу Хелльнеру. На следующее утро другой комментатор объяснил, почему Легков занял четвёртое место, что, мол, великому герою этой гонки не дали завоевать победу, потому что «иностранцы» отказались помочь. Когда самого Легкова попросили прокомментировать проигрыш, он секунд пятнадцать простоял, уставившись в камеру пустым взглядом и слезами в горле. Не произнеся ни слова. «Это о многом говорит», - заключил ведущий программы. Четвёртое место Легков занял по вине «иностранцев».
Шведские комментаторы, разумеется, также занудно патриотичны, как и их российские коллеги. Но будут ли они валить вину на «иностранцев» вообще? Вряд ли. Они свалили бы всё на норвежцев, немцев, русских и на других.
В то время, как современная Россия это общество потребления западного типа, всё сильнее растёт патриотизм, спонсируемый государством. Как указал Стиг Фредриксен в своей книге «Написано в Москве» (см. рецензию 15/2), Россия выбрала себе рыночную экономику западного типа, но отвергла идеологию, строящую эту экономику. В борьбе, которая постоянно ведётся в России между «западниками» и «славянофилами», на данный момент последние имеют привилегированное положение.
Россия идёт собственным путём, обособленным от «пути иностранцев».
Эти мысли восходят к идее Достоевского, сказавшего, что русский народ - богоизбранный. И чем более ощущаешь себя оскорблённым, тем сильнее чувство избранности. «Мы» против «них», «иностранцев». Православные, носители истинной веры, против инославных, неверных. Если ты избранный, но неудачливый - это всегда вина кого-то другого. Всё равно, относится ли это к спорту, экономике или музыкальному фестивалю.
О российском пути рассказывает последняя книга Пера-Арне Бодина под названием
«Облачение и нагота». Заголовок напоминает о двух признанных в России символах святости: наряде архиерея как священном ритуале облачения и наготе блаженных, юродствующих во Христе. Такое название как нельзя лучше подходит для книги, в качестве сквозной темы которой выбрано византийское наследие и его влияние на развитие русской идеологии.
Данный подход оригинален, но вряд ли вызовет сенсацию. Мы уже узнали от историков старой русской идеологии, что значение Византии в русской истории не только побудительный импульс, но также постоянный фактор, роль которого в советское время до сих пор пока остаётся не изученным. Бодин или непосредственно пишет о Византии и христианстве, или об обществе и литературе, в таком аспекте делая свои заключения.
Мы знаем о непрерывности российской истории только благодаря книгам Бодина. Его вклад невозможно переоценить. Он восполняет большие пробелы для читателей, не знакомых с русскими историческими религиозными книгами.
Даже если справедлива старая истина о том, что газетные статьи, собранные в виде книги, имеют опасность потерять свою непреходящую оригинальность (многие её главы ранее публиковались на последней странице газеты «Свенска дагбладет»), это также относится к последней книге. О чём же она в основе своей? Осмелюсь утверждать, что о дуализме русской культуры: доброе-злое, святое-грешное, мистика-рационализм, реакция-революция. В русской истории редко даётся третья альтернатива. Не случайно, что российскому царизму бросили вызов бомбы анархистов и тоталитаризм большевиков, а не реформационная социал-демократия. Или о том, что идеи либерализма всегда с трудом завоёвывали сторонников в России. По Бердяеву, Россия исторически существовала только в двух ипостасях: самодержавии или анархии.
Многие, в том числе считающие себя знатоками - были убеждены: как только советская система прекратит своё существование, в России начнётся реформа в западной демократической традиции. Теперь-то мы знаем, что это была иллюзия. Не только потому, что для этого понадобиться больше времени, чем полагают и хотят, но также по той причине, что многое из поведения, рефлексов, которые мы воспринимаем как советские - на самом деле являются истинно русскими. И, как много раз прежде, Россия стоит перед выбором пути. Между модернизацией и застоем. Между открытостью и закрытостью. Какой путь будет избран, сложно предсказывать. Выбор зависит не только от идеологических предпочтений Медведева или Путина, а будет диктоваться другими, более глубокими духовными установками, о чём вы узнаете из книг Пера-Арне Бодина.
Читали: 1515
© 2001-2009 «Битрикс», «1С-Битрикс».