быстрый поиск:

переводика рекомендует  
Война и Мир
Терра Аналитика
Усадьба Урсы
Хуторок
Сделано у нас, в России!
Глобальная Авантюра
Вместе Победим
Российская газета
 
дата публикации 27.05.18 03:40
   
 

Готов умереть за Крым или Кому не успели установить в Риге памятник неподалеку от Барклая



Александр Гурин  кандидат исторических наук

Биография героя этой статьи позволяет загадать такую загадку: кто это – не смог закончить учебу в военном училище, но получил звание генерала; не имел отношения к литературе, но помог Достоевскому стать великим писателем; наконец, благодаря своей находчивости, изменил ход одной из крупнейших войн 19-го века?

20 мая (по старому стилю 8-го) исполняется 200 лет со дня рождения знаменитого уроженца Митавы (Елгавы) Эдуарда Тотлебена — человека, сумевшего в одиночку перехитрить несколько европейских армий. 

Отец его был купцом, и образование Эдуард получил в Риге, в частной школе, имевшей репутацию лучшей в городе. Затем молодой человек отправился в столицу Российской империи — учиться в Главном инженерном училище. Тут и возникает вопрос: зачем Эдуарду Тотлебену было становиться военным?

Конечно, мальчик с детства проявил интерес к фортификации, и, живя летом на даче, строил с друзьями и слугами земляные редуты — почти как настоящие. Но у Эдуарда было больное сердце и это неизбежно порождало сомнение в том, что военная стезя — его призвание. Патриотизм? Но ещё его дед жил в независимом от России Курляндском герцогстве и вряд ли кто-то спрашивал его, хочет ли лично он оказаться в составе Российской империи. Так почему же внук поступил в российское военное училище, чем привлекало его служение огромному государству?

В то время Российская империя для имущих сословий была воистину обществом равных возможностей. Никто не спрашивал при назначении на должность, на каком языке получал образование дворянин, кто он по национальности и вероисповеданию.

Мигрант из Германии, академик Август Шлёцер, работавший в 18-м столетии в Петербургской Академии наук, так охарактеризовал обстановку в России того времени: «Общественное богослужение совершается теперь на 14 языках… никого не спрашивали: какого ты вероисповедания? Да едва ли спрашивали: какой ты нации? Но впоследствии стали спрашивать: в чём ты нам можешь пригодиться?» 
Россия была матерью для всех, кто верно служил ей. И при этом привлекала своим могуществом и возможностями. Недаром ещё в середине 17-го века в российское подданство буквально в течение нескольких лет изъявили желание перейти украинский гетман, грузинский царь, молдавский господарь, курляндский герцог…

О том, ограничивали ли представителей нацменьшинств в карьере, красноречиво говорит такой список: в 19-м веке онемеченный шотландец Барклай-де-Толли стал военным министром России, потомок грузинских царей князь Петр Багратион — знаменитым российским полководцем, армянский дворянин Михаил Лорис-Меликов — министром внутренних дел и фактическим главой правительства Российской империи. Прибалтийская немка и патриотка России Дарья Ливен вошла в число лучших российских разведчиц всех времен.

Когда Эдуард Тотлебен был ребенком, то гимном Российской империи (пусть и неофициальным) считался «Гром победы, раздавайся!», написанный поляком Юзефом Козловским. Латыш Кришьянис Валдемарс много лет являлся секретарем Императорского общества содействия русскому торговому мореходству…

Эдуард Тотлебен был лишь одним из тысяч жителей Остзейского края, которые верно служили Российской империи и сделали хорошую карьеру.

Кстати, карьера самого Тотлебена поначалу складывалась в России крайне неудачно. Во время учебы в Главном инженерном училище у него обнаружилась болезнь сердца. Его перевели служить домой, в инженерную команду Риги. В родном городе здоровье молодого человека улучшилось, после чего последовала вторая попытка закончить учебу. Он завершил занятия в младшем офицерском классе и в чине подпоручика перешел в старший. Но болезнь вновь обострилась. В феврале 1838 года последовал завершающий акт этой драмы: Эдуард Тотлебен был отчислен из училища и вновь направлен в Рижскую инженерную команду.

Почему же после такой неудачи он не оставил службу? Назову лишь одну возможную причину. Современники отмечают: Тотлебен не сомневался в своём превосходстве над сослуживцами в деле фортификации. Быть может, именно потому, что был уверен в своем предназначении и попросил перевести его из Рижской инженерной команды служить в саперный батальон?

Нередко, чтобы стать знаменитым недостаточно таланта. Подарком судьбы для Эдуарда Тотлебена стало знакомство с генералом инженерных войск Карлом Шильдером. Идеи этого российского военного и ученого опередили своё время. Чего стоит, к примеру, успешное испытание в 1834 году сконструированной им первой в мире цельнометаллической подлодки, стрелявшей ракетами! Шильдер оценил знания Тотлебена и привлек его к разработке контрминной системы, предназначенной для борьбы с неприятельскими подземными минными галереями.

Чтобы оценить успехи Эдуарда Тотлебена на этом поприще, достаточно учесть: за данную работу он был награжден орденами и повышен в звании.

В 29 лет он отправился на войну на Кавказ. Вроде бы непросто выделиться храбростью на поле боя военному инженеру, специалисту по укреплению позиций. А Тотлебен в 1848 году за бои на Кавказе был награжден золотой саблей и вновь повышен в звании.

Прославившую его Крымскую войну уроженец Митавы начал на Дунае. Вскоре командующий Дунайской армией генерал Михаил Горчаков, опасаясь вторжения англичан и французов в Крым, прозорливо направил туда специалиста по строительству оборонительных сооружений полковника Тотлебена.

Далее начали происходить вещи совершенно невероятные. Руководивший российской армией в Крыму морской министр, князь Александр Сергеевич Меншиков (правнук знаменитого фаворита Петра I) был человеком светским, остроумным, наглым и самоуверенным. Министра возмутила мысль, что его силы надо укреплять специалистами со стороны. Когда Эдуард Тотлебен прибыл в Севастополь, Меншиков барственно сказал ему: «В городе стоит саперный батальон. Передохните после дороги и отправляйтесь обратно на Дунай».

Эдуард Тотлебен никуда не уехал! Он воспользовался расплывчатостью приказа и «отдохнул», изучив укрепления Севастополя. Выяснил, что город совершенно не защищен с суши. Князь Меншиков остроумно ответил на его доклад: «Крепость не ждет никаких покушений со стороны крымских татар».

В начале сентября 1854 года англичане и французы неожиданно для Меншикова высадились в Крыму. Русская армия готовилась к сражению на реке Альма, а полковник Тотлебен, не имея никакого официального назначения, стал по своей инициативе руководить строительством укреплений в Севастополе.

Но всё же, когда после победы у реки Альма, англичане и французы приблизились к Севастополю, то могли легко занять его с ходу. Ведь созданные за несколько дней укрепления были очень слабы, а моряки вряд ли стали бы преградой для 60-тысячной сухопутной армии. 
Союзники подошли к Севастополю и… остановились!

Командующий эскадрой Черноморского флота адмирал Павел Нахимов хохотал и говорил, что после войны специально съездит в Париж, чтобы рассказать французам, какого они сваляли дурака.

Дело в том, что французская и английская разведка обнаружили созданные Тотлебеном «декорации» укреплений и приняли их за настоящие оборонительные сооружения. Если бы не это остроумное и рискованное решение уроженца Митавы (враг у ворот, а строители тратят время и силы на имитацию), то вся Крымская война пошла бы по-иному.

В результате, французы и англичане завязли под Севастополем — выиграв время, Эдуард Тотлебен сумел с 14 сентября по 5 октября оборудовать свыше 20 батарей. Когда противник, наконец, счёл себя готовым к серьезным боевым действиям, то русские пушки выиграли у англо-французских артиллерийскую дуэль. Это вынудило англо-французскую армию в октябре 1854 года отказаться от штурма. Началась длительная осада Севастополя.

Любопытный факт: 12 сентября полковник Тотлебен был назначен руководителем всеми оборонительными работами Севастополя, а 15 сентября написал письмо жене, в котором попрощался с ней, так как полностью разделял единодушное желание гарнизона — умереть на позиции, но не отступать и не сдаваться.

Напомним, во время обороны города погиб командующий адмирал Владимир Корнилов, погиб сменивший его на этом посту адмирал Павел Нахимов, ядром оторвало голову адмиралу Владимиру Истомину… Как видим, русские адмиралы в прямом смысле этого слова стояли насмерть.

Однако Тотлебен по крови — частично немец, частично латыш. Почему же он был готов умереть в Крыму?

Невольно вспоминается одна фраза из письма защитницы России, землячки Тотлебена, прибалтийской немки Дарьи Ливен: «Вы прекрасно знаете, что я не могу не быть русской». Да, эта Империя умела приобретать друзей…

Инженер Эдуард Тотлебен уже во время осады города неустанно укреплял Севастополь. А французы и англичане не раз отменяли штурм, убедившись, что русские успели усилить новый оборонительный рубеж.

Адмирал Нахимов говорил: «Не беда, как вас или меня убьют, а вот жаль будет, если случится что с Тотлебеном… Берегите Тотлебена, его заменить некем».

Чем же был так ценен для российской армии военный инженер Тотлебен? Тем, что укрепляя город постоянно, предвосхищал замыслы противника и заранее готовил ответ на них. Французский генерал Боске с досадой писал: «Поистине кажется, что русский инженер день за днем дает ответ на все наши идеи, на все наши проекты, как если бы он сам присутствовал на наших совещаниях».

Севастополь держался, пока был здоров Эдуард Тотлебен. А после того, как его, раненного, вывезли из города на лечение, англичане и французы улучшили свои позиции. В конце августа 1855 года русские войска в Севастополе после потери Малахова кургана вынуждены были отступить. Однако длившаяся почти год оборона Севастополя ограничила наступательные возможности Англии и Франции. В 1856 году был заключен мир.

За действия при обороне Севастополя полковник Тотлебен удостоился генеральского звания (произведен в генерал-майоры еще весной 1855 года). Через несколько лет уроженца Митавы назначили начальником Главного инженерного управления.

Его авторитет после Крымской войны был огромен. И Эдуард Тотлебен использовал его для благих дел. Например, помог изменить жизнь писателю Федору Достоевскому, который в юности учился в Главном инженерном училище вместе с братом Эдуарда Тотлебена Адольфом. Ф. М. Достоевский вскоре после окончания учебы уволился из армии, стал писателем и членом кружка «петрашевцев», был арестован, после четырех лет каторги направлен в Семипалатинск солдатом. «Если что можете сделать для меня, умоляю Вас, сделайте!» — писал рядовой Достоевский генералу Эдуард Тотлебену в 1856 году.

Эдуард Тотлебен отправил ходатайство Великому князю Николаю Николаевичу, тот обратился к военному министру. В результате, министр просил нового царя Александра II перевести Достоевского из рядовых в прапорщики и дозволить ему литературные занятия. Достоевский стал прапорщиком, подал в отставку и, благодаря этому, смог написать свои знаменитые ныне на весь мир литературные произведения.

Через много лет после Крымской войны Тотлебен вновь отличился в ходе военных действий. Во время русско-турецкой войны в 1877-1878 годах он успешно руководил осадой Плевны, а на завершающем этапе боевых действий стал командующим всей действующей армией.

Положение на Балканах было архисложным: российской армии следовало ради обеспечения независимости Болгарии и Сербии демонстрировать туркам твёрдость и в то же время не угрожать Турции катастрофой, не провоцировать англичан на вступление в войну на стороне Османской империи. В общем, применение силы следовало отмерять словно на аптекарских весах. Ещё одно сравнение: в сложившейся ситуации Тотлебен был подобен канатоходцу — сдвинься лишь на сантиметр в сторону от верного пути и падение неизбежно. Он, однако, успешно справился со сложнейшей задачей…

В 1884 году тяжело больной Эдуард Тотлебен скончался, находясь на зарубежном курорте. Его похоронили там, где он был готов умереть — в Севастополе.

В Риге одна из центральных улиц города до 1923 года называлась бульваром Тотлебена (ныне бульвар Калпака).

Когда в 1913 году рижане установили на Эспланаде памятник Барклаю-де-Толли, то предполагалось, что здесь будут два памятника — в левой части Эспланады — Барклаю, а в правой — памятник герою Крымской войны Тотлебену. Но реализовать замысел рижане не успели — началась Первая мировая война.


…Ныне в Риге ничего не напоминает о знаменитом полководце 19-го века Эдуарде Тотлебене.

статью прочитали: 1671 человек

Комментарии 
valerius, 27.05.2018 18:52:35
Раньше, может, это и был народ, а теперь - шпроты.

Комментарии возможны только от зарегистрированных пользователей, пожалуйста зарегистрируйтесь

Праздники сегодня

© 2009-2018  Создание сайта - "Студия СПИЧКА" , Разработка дизайна - "Арсента"