Гвардия медицинской службы

День для доктора Тачмурадова выдался трудным. Без малого пять часов длилась сложная операция на сердце, которую он проводил в клинике. Пять часов на ногах в его возрасте - это ощутимо. Но всё вроде прошло успешно, он сделал то, что должен был сделать и теперь пациенту предстояло самому, ухватившись за тоненькую, но прочную ниточку надежды, подаренную ему доктором и скрепившую повреждённые сосуды его сердца, карабкаться к жизни.

Придя домой, он устало опустился в кресло и включил телевизор. Показывали какой-то фильм о войне. Доктор смотрел на экран, где шла танковая дуэль, где поднимались в атаку солдаты, где землю корёжили взрывы снарядов и память вновь переносила его в ту далёкую осень сорок первого года, на заснеженные поля под Москвой.

За несколько лет до войны Нурмурад Тачмурадов закончил Ташкентский медицинский институт и некоторое время успел поработать хирургом в одной из ашхабадских клиник. Сменить гражданский костюм на военную форму ему пришлось уже в самом начале Великой Отечественной - с первого дня войны его призвали в действующую армию. Боевое крещение командир хирургического отделения медсанроты 36-й стрелковой бригады Нурмурад Тачмурадов получил в боях под Москвой.

Все, кто знал доктора Тачмурадова по фронту, отмечают, помимо профессионализма, его главное качество - мужество. Есть ли разница между мужеством солдата, сознательно идущего на верную смерть, и врачом, работающим в относительной безопасности, в условиях фронтового госпиталя. Мужество не делится по признаку: опасное и не очень, мужество всегда одно: без страха и упрёка выполнять свой долг, чего бы это ни стоило. К тому же и медсанбат на фронте - далеко не самое безопасное место.

О мужестве Нурмурада Тачмурадова говорят и такие факты.

В 1943 году командованием 354-й стрелковой дивизии Западного фронта Нурмурад Тачмурадов был назначен командиром медицинской роты и ведущим хирургом 443-го медсанбата. При форсировании реки Сож медсанбат развернулся в деревне Терюха. Фашисты обнаружили их и начали массированную бомбардировку. Одна из бомб попала в дом, где лежали тяжелораненые. Она пробила крышу и, не разорвавшись, лежала на земляном полу. Командир медроты Тачмурадов дал команду осторожно выносить раненых из дома. Но тут начались колебания: кому пойти, ведь бомба могла разорваться каждую минуту. И тогда Тачмурадов, не раздумывая, вошёл в дом и стал выносить людей.

Однажды сложилась ситуация, когда часть дивизии, в том числе и медсанбат, рисковали попасть в окружение. Нурмурад Тачмурадов к тому времени был не только ведущим хирургом 443-го медсанбата, но и занимал пост начальника медслужбы дивизии. Поступил приказ пробиваться к своим, отказавшись от эвакуации остатков госпиталя. Это значило, что часть раненых должна была остаться на месте. «Раз приказ поступил, его нужно выполнять, - сказал Тачмурадов командиру медсанбата. - Вы уходите с остальным персоналом, а я останусь. Надо только спросить, кто из медсестёр захочет добровольно остаться. Попробуем организовать уход за ранеными, пока есть время». Остался весь персонал. Вскоре госпиталь был восстановлен, все 43 раненых, получивших необходимую помощь, на импровизированных повозках были вывезены в безопасное место.

Искусство талантливого военврача, чьи операции проходили без последующих осложнений, оценило командование. Ведущий хирург армии неоднократно предпринимал попытки перевести Тачмурадова в один из тыловых госпиталей, но Тачмурадов каждый раз отказывался, мотивируя тем, что именно в медсанбате необходимо оказывать первую медицинскую помощь, а не в глубоком тылу, когда эта помощь может уже запоздать.

Война войной, а учиться надо было, поскольку среди врачей встречались не совсем опытные медики, недоучившиеся студенты, обучение которых прервала война. В свободные часы Тачмурадов организовал занятия среди врачей и медсестёр по военно-полевой хирургии, по септике, антисептике, грамотному применению наркоза. Ему помогали опытные медсёстры, обучавшие молодых санинструкторов правильному наложению повязок, уходу за больными, то есть медсанбат напоминал что-то вроде мединститута с медучилищем в одном коридоре.

Войну врач Тачмурадов прошёл со своим медсанбатом от начала до конца. На его счету тысячи операций, тысячи спасённых жизней. Операции велись зачастую в палатках, землянках, плохо освещённых, под свет чадящей коптилки, сделанной из снарядной гильзы, рядом с передовой. Медсанбат нередко подвергался обстрелу и бомбёжке, но работа в операционной не прекращалась - сам Тачмурадов не уходил и не разрешал другим. Работали так, что не видели, когда кончается день и начинается ночь. От Тачмурадова никогда не было слышно разговоров об усталости и этим он поднимал дух бойцов. И день 9 мая Нурмурад Тачмурадов встретил в операционной.

После войны Нурмурад Тачмурадов, кавалер семи боевых орденов и медалей, вернулся в Ашхабад и ещё долгие годы оставался в первых рядах гвардии медицинской службы Туркменистана. Он стал одним из известнейших людей в Туркменистане. Славу ему принесли его золотые руки. Одним из первых в Средней Азии Нурмурад Тачмурадов стал делать сложные операции на сердце.

В этом году доктору медицинских наук, профессору, академику, заслуженному деятелю науки и техники Туркменистана Нурмураду Тачмурадову исполнилось бы 100 лет. Он прожил долгую и плодотворную жизнь, отметив на своём веку 52 годовщины Победы. Все эти годы его не забывали спасённые им пациенты.

Конечно, врач не может помнить всех своих пациентов - за многолетнюю врачебную практику через его руки проходят сотни людей. Но они помнят того, кому обязаны здоровьем и жизнью, поскольку частичка его сердца остаётся с ними навсегда.

Стилистика, орфография и пунктуация оригинала сохранены, просьба к читателям - не сигнализировать об ошибках в этой статье - прим. ред.

Читали: 177

обсуждение

обсуждали: Редакция (1) всего 1 сообщений

обсудить