О том, как я обедал в компании сотрудников КГБ и даже не понял этого

Переводчик polushkin

Никто ведь не ожидает, что с ним случится что-нибудь захватывающее.

Однажды, много лет назад, когда моя шея ещё торчала из воротника рубашки как стебелёк лилии, я, кажется, стал свидетелем того, как под столом в замызганном ресторанчике передавали оружие. Что-то было не так в том, как один парень передавал другому какую-то штуковину, явно запрещённую законом. Под столом.

Что-то было не то с самими парнями. Бычьи затылки, а не стебельки лилии. Физиономии, вполне подходящие для каких-нибудь коварных бордурианцев (Бордурия – вымышленное тоталитарное государство из серии комиксов бельгийского художника Эрже «Приключения Тинтина», расположенное на Балканах, враждующее с Сильдавией – художественный аналог советской Югославии или Албании – прим. перев.) из очередного альбома «Приключений Тинтина» (серия комиксов бельгийского художника Эрже (наст. имя Жорж Проспер Реми) (1907 –1983), издававшаяся с 1929 по 1976 гг. в 24 альбомах; главный герой серии – репортёр Тинтин (или Тантан) путешествует по всему миру в компании со своей собакой Милу и попадает в разные передряги; художник, сотрудничавший с правыми бельгийскими газетами, позволял себе в комиксах демонстрировать откровенно антисоветские и даже расистские взгляды – прим. перев.).

Но сейчас мне понятно, что это было не оружие.

Хотя почему нет, кстати? Почему это не могло быть оружие? Почему это абсолютно невозможно? Почему я не мог…?

Так я думал, пока не убедил себя, что, возможно, наконец-то, случилось нечто захватывающее.

Тогда я побежал в гардероб к телефону-автомату, поскольку тогда ещё было мобильников с неограниченной возможностью выбора сигнала. Я думал только о том, чтобы кому-нибудь рассказать, что видел. И только. Без всякой паники я позвонил по первому попавшемуся номеру – это оказался номер полиции – и мне ответил кто-то вроде Гунвальда Ларссона (персонаж популярной серии детективных романов шведских писателей Мая Шёвалла (р. 1935) и Пера Валлё (1926 – 1975) о полицейском Мартине Беке (1965 – 1975). Гунвальд Ларссон отличается цинизмом и жестокостью и весьма специфическими представлениями о законе, однако, его методы ведения расследования зачастую оказываются весьма эффективными, кроме того, он педант, особенно, в том, что касается одежды, и коммунист, а также полиглот, говорящий на девяти языках – прим. перев.). Он попросил меня подождать там.

В гардеробе, стало быть.

Я был уверен, что он позвонит, может быть, он был занят – например, расследованием кражи велосипеда – но через три с половиной минуты в ресторан заглянул полицейский, одетый в гражданское, но настолько безупречно, что это мог быть только полицейский.

Он попросил меня показать, кто из посетителей ресторана – те самые бордурианцы, что я с большим усердием сделал, после чего он поблагодарил меня за помощь и за то, что в мире абсолютного спокойствия есть люди, которым не всё равно и которые не теряют бдительности.

Когда мы вышли на улицу, уже прибыло подкрепление. Тут были отсвечивающие синим автоматы, пуленепробиваемые бронежилеты, чёрные ботинки, и конечно, полный букет адреналина.

Как вы уже поняли, это ещё не конец. Они выволокли наружу злополучных парней, прижали их к стенке и через сорок секунд позволили им, поджав хвост, убраться восвояси. Гунвальд Ларссон посмотрел на меня честными глазами, а потом уселся в свой роскошный легковой автомобиль и включил зажигание.

После этого я уже не верю, что со мной случилось что-то захватывающее. Из принципа. От этого одни только неприятности.

Это своего рода оправдание. Если кто-то скажет, что я обедал в компании КГБ, возможно, он будет прав, но мне на это наплевать. Из принципа.

Комментарии