Слабость из-за силы

На прошлой неделе президент Европейского центрального банка Жан-Клод Трише выступил с обзором в "Financial Times", призывая все промышленно развитые государства начать фискальную консолидацию (сокращать задолженность - прим. perevodika.ru). Он начал статью с довольно неубедительного образца ловкости рук:

Рост государственного долга был обусловлен тремя явлениями: резким сокращением налоговых поступлений из-за рецессии; увеличением расходов, в том числе активного стимулирования для борьбы с рецессией; а также дополнительными мерами по предотвращению краха финансового сектора. Из-за того, что мы избежали катастрофического сценария финансового кризиса, третий элемент не представляет собой весьма значительный объём расходов для большинства стран. Но расчеты Европейского центрального банка показывают, что объём рисков налогоплательщиков, предназначенных для поддержания финансовой сферы, включая все варианты - рекапитализацию, гарантии, токсичные активы и т.п. - достиг 27% валового внутреннего продукта. Эта гигантская доля, кстати, одинакова по обе стороны Атлантики.

Это более чем немного вводит в заблуждение. Расчет финансовой поддержки г-на Трише включает в себя все возможные варианты, большинству из которых практически не грозит опасность превратиться в фактические расходы. Фискальная стоимость финансовой помощи, на самом деле, совсем крошечная. Такова же и стоимость стимулирования. Программа Америки по налогово-бюджетному стимулированию стоила чуть менее 6% от ВВП за чуть более два года. Между тем, государственный долг увеличился почти вдвое, выросши с 36% в 2006 году до почти 70% (по прогнозу) в финансовом году, начинающемся в октябре. Очевидно, что основная часть ухудшения вызвана резким снижением доходов из-за экономического спада. А это, в свою очередь, предполагает, что наибольшую угрозу для продвижения финансовой стабильности представляет продолжающийся экономический спад.

Но г-н Трише по-прежнему уверен, что в настоящее время необходима повсеместная фискальная консолидация, независимо от текущей финансовой позиции страны или экономического положения. Это не имеет большого смысла, но это привело к некоторой поддержке рынка по отношению к евро. Вот что пишет Баттонвуд:

Евро уже не мальчик для битья. После того, как оно в начале июня опустилось ниже $ 1,19, единая европейская валюта сейчас приближается к $ 1,30.

В частности, это было до последних экономических данных ... Впрочем, может ли быть так, что рост будет катализатором движения валютных курсов в долгосрочной перспективе? ...

Если посмотреть на риторику Европейского центрального банка, выраженную на прошлой неделе в статье Жана-Клода Трише в "FT", то еврозона стремится быть столбом фискальной и монетарной нравственности в (предполагаемом) контрасте по сравнению с этими транжирами американцами. Рационально инвесторы могут предпочесть держать такую валюту. Сильная валюта может не быть в интересах экспортеров Европы и её граждан, но это совсем другое дело.

Можно только гадать, насколько относительное улучшение экономических данных Европы вызвано слабостью евро в 2009 году. Если это так, то длительно сильное евро может привести к экономическому спаду в 2011 году. Именно в этот момент мы увидим, сохранится ли нравственность М. Трише или он поддастся давлению со стороны правительств и станет немного менее строгим.

Слабость евро в первую очередь была полезна для немецкой экономики, с её ориентацией на внешний экспорт (последние экономические данные, на которые ссылается Баттонвуд, - это новое исследование "Ifo", подробно описывающее хорошее настроение немецкой экономики). Повышение конкурентоспособности других членов еврозоны по-прежнему произойдёт только после долгой, медленной девальвации через дефляцию, поскольку девальвация внутренней валюты недоступна. Очевидно, этот процесс станет намного труднее, если он будет более или менее компенсироваться ревальвацией евро.

Ваше имя:
	Шрифт Arial Times Courier Impact Geneva Optima Verdana Закрыть все теги Вы хотите разрешить смайлики в этом сообщении? Символы на картинке: