быстрый поиск:

переводика рекомендует  
Война и Мир
Терра Аналитика
Усадьба Урсы
Хуторок
Сделано у нас, в России!
Глобальная Авантюра
Вместе Победим
Российская газета
 
переводная статья
опубликовано редакцией на Переводике 12.10.09 10:27
скаут: Ple; переводчик leloup; редактор Ple; публикатор: civiliza
   
 

Европа задумала завоевать мир

Наконец то! Ирландия одобрила Лиссабонский договор (Лиссабонский договор о внесении изменений в Договор о Европейском союзе и Договор об учреждении Европейского сообщества, замена так и не принятой Евроконституции – прим. перев.), и теперь ЕС может продолжить своё движение к мировому господству. В течение месяцев, кажется, будет назначен президент и министр иностранных дел. Тони Блэр разминается перед марафоном за право занять высшую должность. Кучка шведских, голландских и бельгийских кандидатов борется за место министра иностранных дел.

Окрепнув за счёт своих новых внешнеполитических структур, Союз требует, чтобы его воспринимали всерьёз – как мировую сверхдержаву. Дэвид Милибэнд, британский министр иностранных дел, заявил: «Не должно быть «Большой двойки», состоящей из США и Китая. Должна быть «Большая тройка», включающая ЕС».

Но происходящее в Брюсселе или даже на трёхсторонних переговорах между США, Европой и Китаем второстепенно. Ключ к мировым амбициям ЕС – в Большой двадцатке.

Почитайте авторитетные и яркие комментарии обозревателя по международным делам «Файнэншнл Таймс».

Жан Монэ, отец основатель ЕС, верит, что Единая Европа «не кончается собственно на Европе, это только ступень на пути к упорядоченному миру будущего». Его преемники в Брюсселе не делают секрета из того, что они рассматривают надгосударственное правительство ЕС в качестве глобальной модели.

Понимание того, что Г20 – это троянский конь Евросоюза, пришло ко мне пару недель назад во время её последнего саммита. Окружение и атмосфера были удивительно знакомы. И тогда я понял: я вернулся в Брюссель, это была просто версия саммита ЕС в мировом масштабе.

Тот же подход, тот же формат. Ужин лидеров перед саммитом, день на переговоры, малопонятные формулировки наполняют коммюнике, создание размытых рабочих групп, проведение пресс-конференций для разных стран в разных помещениях.

Всё это очень знакомо лидерам Европы – но довольно ново для азиатских и американских руководителей, которых европейцы осторожно втягивают в новую структуру. Видя, как делегат от Индонезии беспечно бродит по конференц-центру в Питтсбурге, я испытал внезапную жалость: «Ты не понимаешь, во что ввязываешься», - подумал я, - «ты собираешься провести остаток своей жизни в спорах о квотах на вылов рыбы» (или это были квоты на выброс углекислого газа).

Европейцы не только задали тон на Г20 – они так же доминировали в докладах, потому как были представлены слишком широко. Огромные страны, такие как Бразилия, Китай, Индия и США представлял один лидер. Европейцы заняли восемь мест за столом для представителей Британии, Франции, Германии, Италии, Испании и Нидерландов, президента Еврокомиссии и Евросовета. Большинство ключевых международных организаций представляли европейцы: Доминик Стросс-Кан – МВФ, Паскаль Лами – ВТО, Марио Драги – Совет финансовой стабильности.

В итоге, европейцы были более приспособлены к происходящему, чем многие другие делегации. Моё состояние растерянности по поводу решения о предоставлении МВФ новых прав – следить за национальной экономической политикой, было прервано старым приятелем из Еврокомиссии, который сразу уловил суть слов. «Ах да», – сказал он, - «метод координации».

Но имеет ли всё это значение? В конце концов, саммиты ЕС стали притчей во языцех, символом запутанных и малоэффективных махинаций, которые часто почти не воздействуют на то, что происходит в реальном мире. Начало Лиссабонскому договору было положено 8 лет назад. Даже после того, как Ирландия проголосовала «за» него, договор всё ещё может кануть в лету из-за несговорчивых правительств Чехии и Британии.

Впрочем, сагу о Лиссабонском договоре можно читать и с другого конца. Коли ЕС запустил свои зубы в нечто, он это уже не упустит. По прошествии нескольких лет нередко обнаруживается, что процессы, начатые на саммитах ЕС, которые часто кажутся малозначимой канцелярщиной, оказываются с важным политическим подтекстом. Это может оказаться также применительно к некоторым решениям, принятым в Питтсбурге – таким как обсуждение по поводу стран «налогового рая» и бонусов банкирам.

С самого начала ЕС развивался небольшими шагами, основное внимание придавалось экономическим проблемам - так называемый «метод Монэ». Монэ верил, что Европа будет построена через решение общими силами общих проблем.. Разве это так уж отличается от недавнего призыва Барака Обамы «искать глобальные решения для глобальных проблем»?

Конечно, всё ещё существует огромный разрыв между возможностями новой Европы и Г20. При Г20 не существует армии служащих, сопоставимой с бюрократическим аппаратом Брюсселя. Не существует правотворческого органа Г20 и суда для обеспечения исполнения общих решений. В обозримом будущем не видно перспективы передачи США и Китаем каких-либо действительно важных полномочий законотворческому органу Г20 – обе страны ревностно оберегают свой суверенитет.

Однако, стержень нового образования уже создан. Дабы понять его потенциал стоит вернуться к Декларации Шумана 1950-го года (предложение объединить угольную и сталелитейную промышленность Франции и Западной Германии – прим. перев.), которая ознаменовала собой начало евроинтеграции. «Европа», - говорится в ней, - «не будет поострена вдруг или в рамках какого-то одного плана. Она будет создана через конкретные достижения, которые для начала приведут к появлению фактического единства».

У Г20 есть некоторые достижения, появляются и ростки чувства единства между членами этого нового, совершенно уникального клуба. Кто знает, что будет дальше?

Обсуждение на форуме

статью прочитали: 3613 человек

Комментарии 

Комментарии возможны только от зарегистрированных пользователей, пожалуйста зарегистрируйтесь

Праздники сегодня

© 2009-2019  Создание сайта - "Студия СПИЧКА" , Разработка дизайна - "Арсента"