У России как государства есть враг куда более серьезный, последовательный и бескомпромиссный, нежели любая оппозиция, хоть сто раз несистемная. Этот враг – суды, которые подрывают саму основу власти.

Встреча беспартийного президента с партией власти, которая еще только начинает готовиться к парламентским выборам, – это само по себе удивительно: Медведев, общаясь с активом «Единой России», рассказывал о том, о чем партия Путина заговорит с избирателем еще только через год. Пристрелка началась сильно загодя, это означает, что Медведеву нужна «Единая Россия» не меньше, чем он нужен ЕР.

Любой разговор о мигрантах у нас почти обязательно начинается с темы их нелегальности – это свидетельствует о катастрофической недоразвитости в России самого института миграции. Равшан и Джумшут в оранжевых спецовках ставят точку там, где даже запятым пока нет места.

Истерики рвут рубахи по поводу того, что благодаря новому закону о финансировании бюджетных учреждений «школа де станет платной». Во-первых, она давно платная, а во-вторых, не помогает даже это.

Ровно год назад, 27 апреля, бывший начальник ОВД Царицыно майор Денис Евсюков расстрелял покупателей московского супермаркета «Остров». С этого могло бы начаться обновление российской милиции, но по прошествии года изменилось по существу только одно: СМИ стали больше писать о милицейских бесчинствах.

Ленин страшен как обаятельнейший антигосударственник, для которого нет никаких границ, кроме партийных. И та легкость, с которой рухнула Российская империя, честно заставляет нас задуматься о том, что весь ленинский цитатник в одночасье воскрешаем из исторического небытия и неплохо применим к Дальнему Востоку, русскому Северу, Чечне или Калининграду.

Во время терактов наиболее адекватно повели себя обычные люди, которые помогали друг другу и не позволяли панике охватить общество. Наиболее неадекватными оказались федеральные телеканалы и силовики.