Переводика: Форум

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

 
Ответить в данную темуНачать новую тему
> РЕЙД НА КОНСТАНЦ. Часть I. Meine Ehre heist Treue. Глава V, Ясность неясных перспектив
Сергей СМИРНОВ
сообщение 7.4.2010, 9:19
Сообщение #1


Активный участник
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 679
Регистрация: 7.10.2009
Из: Москва и область
Пользователь №: 383



РЕЙД НА КОНСТАНЦ

Сергей СМИРНОВ

Часть первая. Meine Ehre heist Treue

Глава пятая. ЯСНОСТЬ НЕЯСНЫХ ПЕРСПЕКТИВ

Позади, чуть бочком и откинувшись на спинку дивана, кутаясь в зелёной кожи офицерский плащ, сидел человек с насмешливыми, но усталыми глазами и неожиданно скорбной складкой губ. Воротник у плаща был лисий, «генеральский», а вот фуражка – старшего офицера вермахта. Он молча слегка дотронулся до плеча водителя и тот также молча полез на февральский мороз.

- Не соскучились, полковник?
- Да нет, - усталый человек зябко повёл плечами, - Просто когда на моих часах сравнялось восемь, начал припоминать, где у меня действующие «окна» на границе.

Оба рассмеялись, и оберштурмбанфюрер завозился в поисках хронометра.

- Не трудитесь. Сейчас восемь-тридцать три. Как прошло?
- Отвратительно.
- Что так?
- Всю вашу братию… Весь список из-под меня вытащили, объявив всех вас истинными, достойными подражания, патриотами Рейха. И настоятельно посоветовали не совать нос в ваши дела.
- Во-о-от..! А Вы суёте. И кто же это нас так удостоил?
- А сам Гейдрих и удостоил - шеф Управления госбезопасности Рейха группенфюрер Гейдрих, собственной персоной.
- Достойнейший… Я всегда говорил – достойнейший человек..! Приятно, когда такие люди о тебе столь высокого мнения…
- Послушайте, полковник! Мы можем ёрничать и иронизировать сколько угодно..! А мальчишка оказался прав: это – только начало…
- Вот только не злитесь, хорошо? Вы только что удостоились более, чем часовой аудиенции у могущественнейшей персоны Рейха и вышли оттуда живым и невредимым. Есть повод расстраиваться? Тогда попробуйте мне спокойно и внятно объяснить, что это за повод, и почему он Вас так расстраивает.
- Расстраивает? Повод..? Не знаю… - оберштурмбанфюрер задумался, - Да, пожалуй, нет никакого конкретного, единичного повода. Я бы сказал, картина в целом. И не расстраивает, в общем – раздражает, настораживает… Пугает, если хотите! Разрешите, я закурю, герр полковник?
- Давайте.

Оберштурмбанфюрер протянул раскрытый портсигар и собеседнику, но тот отрицательно покачал головой.

- Вообще не курите?
- Ой, да что Вы..! Занимаюсь самообманом – бросаю. Целый день буду собой гордиться, а вечером… пачку высажу!!! Если не больше.

Усмехнувшись, оберштурмбанфюрер приоткрыл оконный треугольничек на двери и закурил. Выпустив струю дыма, он начал задумчиво говорить:

- Видите ли, полковник… Вот сейчас, только что, шеф службы безопасности абсолютно серьёзно… И не голословно. Объявил мне направление в сторону западных границ Рейха стратегическим направлением. В ближайшем обозримом будущем.
- Та-а-ак… - полковник посерьёзнел, - Минутку. Конечно, Версаль до сих пор сидит костью в горле генералитета – всё время сидел. Но геббельсовские газетёнки, кроме перманентного поливания грязью, ничего себе в отношении западных держав не позволяют. Во всяком случае, об экспансии на запад вслух в Рейхе не говорят. Ни Вы… Ни Гейдрих даже никакого отношения к силам, могущим… В принципе, оберштурмбанфюрер, в принципе… Могущим эту экспансию осуществить, отношения не имеете. Ведь не линию же Мажино, вооружившись указками, вы там втроём штурмовали..? В чём конкретно выражается не голословность этого утверждения?
- Речь идёт о крупной полицейской операции по обеспечению безопасности грузов, идущих на запад. Как на транспорте, так и в местах складирования.
- А-а… Это чем Гизевиус хотел прославиться? И что – теперь силами полиции порядка?
- Да, полковник. Не без их участия..! Но основные мероприятия будут проводиться крипо.
- Ведомство Нёбе? Логично.
- Да. Так как кражи и грабежи на пути следования грузов приобрели угрожающий характер. А вот общее руководство возложено на гестапо. Под неусыпным контролем из Берлина. И с широчайшими полномочиями.
- Очень интересно! А гестапо-то здесь причём?
- При том, что грабежи охватили армейские и промышленные склады и воинские эшелоны. Кроме распространения информации о характере грузов, Гейдрих обеспокоен и масштабами причиняемого ущерба, ибо, повторяю, и они, наряду с направлением, названы им стратегическими… Стратегическими запасами Рейха!
- Из этого следует, что Вы из патриархальной и уютной Саксонии переезжаете в грязный, промышленный Рур?
- К счастью, нет. Но вот молодое дарование – да, переезжает. И с повышением в должности. И ему уже определён конкретный участок работы в рамках планируемых мероприятий. Важный, нет ли – посмотрим.

Но полковник, казалось, уже не слушал – он ушёл в себя и задумался. Затем медленно, с остановившимися глазами, покачал головой, будто не соглашаясь с самим собой, и проговорил… Тоже медленно, про себя как бы, но уверенно и твёрдо:

- Нннет… Этого никак не может быть.
- Вы мне не верите, - очень спокойно, как о само собой разумеющимся, сказал оберштурмбанфюрер.
- Да… Что?!! – полковник вернулся в реальность и начал несколько раздражённо, - Ой, да не в этом дело..! А Вы, полицейский со стажем, с опытом… В моём понимании – контрразведчик-профессионал! Вы… Вы мне верите? Я, полковник вермахта Ганс Остер, в разведке тоже не без году неделя - второй человек в абвере! – и сходу пошёл на контакт с высокопоставленным офицером гестапо, пекущемся о кучке заговорщиков..?!!

Оберштурмбанфюрер поморщился, чуть дёрнув щекой.

- Ой, да бросьте..! Мы с Вами десятки раз на дню слышим это слово по основному, так сказать, месту службы. И давайте называть вещи своими именами – заговорщиков, оберштурмбанфюрер..! Так во-о-от… Спланированной провокацией не отдаёт?
- Нет, полковник, не отдаёт. Во-первых, инициатором контакта был я. А значит, и провокатором с большей степенью вероятности – тоже я. Во-вторых… стремительность принятия решения. Старший офицер СС, гестапо… Не ваша ж компетенция! Замучились бы согласовывать..! А в-третьих – неоправданный риск. Признаюсь, я был кра-а-айне удивлён, увидев на второй встрече Вас, а не Гизевиуса. Удивился, да. Но тут же и успокоился.
- Чёрт с Вами – убедили.
- Ну, так вот… герр… заговорщик. На контакт Вы всё-таки пошли…
- А что мне оставалось делать? Я всегда говорил, что нас погубят энтузиасты и дилетанты. Гёрделер – энтузиаст. И это прекрасно, что Вы не искали встречи с ним – фигура слишком приметная… В свете Вами же описанных событий. Да и не закончилось бы это ничем – наверняка бывший бургомистр Лейпцига в курсе, кто именно в его вотчине гестапо возглавляет. А вот Гизевиус..! Понятно, что при случае встречу всегда можно обставить вполне невинно – один полицейский чин располагает данными о работе другого. В той же Вестфалии, например… Желает встретиться. Так… детали уточнить. Искать контактов с кем-либо ещё из фигурантов Вы бы не стали всё равно. Логика Ваша понятна, но, Вы меня извините, герр оберштурмбанфюрер, этот ваш незыблемый полицейский принцип «связь от связи не берётся» частенько выходит вам боком – он существенно сужает горизонты оперативного мышления..! Поэтому искали с тем, с кем искали. А он – дилетант!!! Дилетант, понятия об оперативной работе и элементарной конспирации не имеющий..!
- Ну-у-у, герр полковник… Я, со своей стороны, принял все …
- Вы-то да! А он? Он же способен провалить всё!!! Поставил меня в известность уже после того, как согласился на встречу с Вами, сам же её время и место назначив..! Оставалось только наблюдать за солидными мужчинами, трогательно прогуливающимися по набережной Шпрее. В феврале-то!!! Кстати, герр оберштурмбанфюрер, вы и с противоположного берега смотрелись великолепно! Как на ладони..!
- Я полагал это только началом разго…
- Да видел я, как он поминутно отрицательно мотал головой! Пытались увести? В место людное, но куда более укромное?

Оберштурмбанфюрер кивнул.

- Во-о-от… А после он заявился ко мне, бледный, в испарине, и сходу закатил истерику – Мюллеру всё известно, Гейдриху всё известно, со дня на день ждём повальных арестов! А Вы всю встречу пытались его куда-нибудь затащить, где можно было бы его взять..! Тихо и без суеты. И только его нечеловеческая прозорливость не позволила осуществиться Вашим чудовищным планам!!! И Вы знаете – напоследок он абсолютно серьёзно уверил меня, что обязательно застрелится, когда за ним придут.

Оберштурмбанфюрер тихо рассмеялся и, отсмеявшись, спросил:

- А Вы что?
- А что я? – Остер смешно сделал грустное лицо, - В тайне надеюсь, что так оно и будет. Но… уверенности нет! Вот что с ним делать, скажите Вы мне, пожалуйста? Хотел забрать его в Абвер. Даже имел глупость с адмиралом переговорить. Посадил бы его куда-нибудь в аналитический отдел – сидел бы, не мешал никому. Но ведь он мало того, что дурак – он же дурак с инициативой! Думал попытаться вернуть его в привычную обстановку – в МИД. Но теперь и в этом сомневаюсь.
- И всё-таки, герр полковник, в конечном-то итоге Вы мне поверили? Почему?
- Не сразу, дорогой коллега… По зрелому размышлению. Меня заставил раскрыться именно пресловутый отчёт. Дело в том, что Вы первый… Первое, так сказать, лицо из противоположного лагеря, которое перечислило всю… Как Вы выразились, братию… Всю берлинскую верхушку организации… единым списком. И это – без малого за четыре года..! И, будь у гестапо неопровержимые доказательства хотя бы на одного из фигурантов, дальше – дело техники! Не оберштурмбанфюрер тогда бы ко мне пришёл… Вернее, вообще б никто не пришёл – меня б… привели. К штандартенфюреру какому-нибудь, как минимум. И не в загородный ресторанчик, в котором мы так мило провели прошлое воскресенье, а… поближе. И поглубже.
- И поэтому Вы не допускаете мысли, что это – сложная, многоходовая, хорошо продуманная… провокация моего ведомства?
- В который раз вынужден просить у Вас прощения, дорогой коллега, но Вы – человек умный, и должны согласиться – это не стиль гестапо. СД? Возможно. Но зачем тогда огород городить с Вашим вызовом в центральный аппарат? В этом случае задержка аудиенции выглядела бы надуманно. А не выглядит. С учётом грядущих глобальных перемен. Или Вы всерьёз полагаете, что в сеть оперативных мероприятий контрразведчики решили завлечь самого Гейдриха – не только своё высшее руководство, но и всей безопасности Рейха?!! Думаю, с момента предоставления оперативных разработок они бы уже… дорожное движение регулировали..! Да и довесок этот… Молодое дарование тогда здесь к чему?
- Что ж… - оберштурмбанфюрер задумчиво пожевал губами, - а если предположить, что меня используют «втёмную»?
- А вот это уже в принципе невозможно..!
- Почему?
- Да потому, дорогой коллега! Используя Вас «втёмную», надо предполагать хотя бы, что в Берлине Вы поступите именно так, как поступили. А этого, повторяю, предположить невозможно – перед режимом Вы чисты, как слеза.
- Да? Лестно. А Вы-то почему в этом так уверены?
- А потому, мой дорогой коллега, что разведка работает круглосуточно.

Собеседники весело рассмеялись, довольные друг другом.

- Ну, и продолжая ответ на Ваш, в утвердительной форме сформулированный, вопрос, сообщаю – в понедельник, после того, как Вы вернулись с Унтер-дер-Линден-аллеи, я поверил в Вашу искренность окончательно. Несмотря на то, что ничего принципиально нового Вы не сообщили. Мы – абвер. Армейская разведка – глаза и уши вермахта. И, естественно, юго-восточным направлением занимаемся более года уже. Не говоря уж о вас, партийных формированиях разведки и контрразведки – вы, по-моему, ни на минуту не прекращали зондаж и дестабилизацию обстановки в Австрии. С момента путча ещё… Того, в Вене… с убийством Дольфуса. А теперь – всё готово. Да мы уж касались этого! Да, оберштурмбанфюрер, работа сделана и сделана блестяще. За спиной Шушнига удалось всё даже с Муссолини утрясти..! И – сейчас удивлю – делалась она с удовольствием. Да-да!!! Кем будет выглядеть фюрер после аншлюса Австрии в глазах нации? Ни больше, ни меньше – собирателем германских земель! Зигфридом во плоти..! Да хоть Карлом Великим, если хотите. Кто такие австрийцы? Те же немцы, только с мягким выговором.
- Ну, и отчего же тут получать удовольствие? Это же может сломать все наши планы..!
- Не торопитесь, дорогой коллега, - Остер выставил вперёд ладони, как бы отгораживаясь от собеседника. И, переплетя после паузы пальцы, продолжил, - Планы разработаны уже давно и все ждали отмашки, так сказать. Не было сроков… И малыми они не представлялись – логика военного искусства подсказывала, что при неконтролируемом протекании событий всё должно начаться по окончании неустойчивой погоды ранней весны. А тут – Вы! С заявлением, что событие, которое положит начало всему процессу, произойдет буквально через неделю..! Пересказываете пункты из ультиматума фюрера… Вполне логичные, кстати, а потому и прогнозируемые..! И предъявляете список ключевых назначений в будущее правительство Австрии!!! И информация по каждому из них уже нашла по нашим каналам полное подтверждение. Но не это главное. Главное то, что вся информация в целом нашла своё косвенное подтверждение сразу, в понедельник – Вы ещё и договорить-то не успели. Мне стала ясна та спешка, с какой в пятницу, четвёртого, при штабе Верховного Командования было создано Управление разведки и контрразведки абвера! Нас, оберштурмбанфюрер. Это означает, что в ближайшее время скорость взаимного согласования и выполнения поставленных нам задач должна стать наивысшей. И потребует безотлучного нахождения мобильного аппарата абвера там, на Бендлерштрассе. И, скорее всего, под моим руководством.
- И что, полковник? - оберштурмбанфюрер напряжённо следил за повествованием, но, видно было, терял терпение, - Что..? Достоверность предложенной мной информации и тогда не вызывала у меня сомнений.
- А то, дорогой коллега, что Австрия – не единственный осколок Империи Габсбургов в Европе. Наш дражайший союзник дуче разжился за её счёт жирным куском. Есть венгры с румынами, скачущие перед фюрером на задних лапах. Поляки. Всякого рода сербы. Чехи со словаками. И так уж сложилось за годы правления Габсбургов, что на всех этих клочках земли, бывших некогда единой и могучей Австро-Венгерской империей, титульной нацией были – немцы. Немцы! Немец – это культура. Немец – это образование. Немец – это усердие. Старательность, надёжность, трудолюбие, чистоплотность и ум. И они остались там, формируя элиты перечисленных наций, в фатерлянде чуть презрительно именуемые «фольксдойче»…
- Ну, и что?!!

Остер, уже с раздражением, резко поднял вверх правую руку и замер. И, лишь медленно опустив её, весомо проговорил:

- А то, уважаемый коллега, что абвер чуть не полгода уже… И усиленно! Занимается дестабилизацией ситуации в Судетах и подготовкой вторжения в Чехословакию..! И к концу лета, началу осени подготовка эта должна быть завершена в полном объёме.

Оберштурмбанфюрер остолбенел. А Остер продолжил:

- А тут являетесь Вы и объявляете мне о впустую потраченном времени. Стратегическое-то направление - прямо противоположное..!
- Не… не передёргивайте, полковник… Я не…
- Извините-извините..! Тут я слегка перегнул. Но это я к тому, что нас, разведку, просто предупредить забыли, да? Справедливости ради должен признать, что деятельность на западном направлении ведётся… Перманентно. Но дальше традиционной «игры разведок» не идёт – нет ни постановки конкретных задач, ни тем более чего-то похожего на подготовку вторжения..! – полковник замер, пристально наблюдая за вконец смешавшимся собеседником.

А в голове у того стучало миллионами молоточков «это только начало… это только начало… это только начало…». С трудом избавившись от наваждения, оберштурмбанфюрер облизнул пересохшие губы и тяжело проговорил:

- Ганс… Но ведь это же… война..? – осёкся он. Совсем растерявшись, добавил, - О-о, простите, полков…
- Да ничего… Пожалуйста, - Остер удивлённо наблюдал за оберштурмбанфюрером – он не ожидал такой реакции. И, понимая, что в создавшейся ситуации говорит явно что-то не то, всё-таки продолжил. Осторожно. Вкрадчиво даже, - Да, коллега… Это – война. Но… на востоке.
- Да какая разница, где?!! – взорвался оберштурмбанфюрер, - Через что мы прошли..! С восемнадцатого года.!! Грязь, голод, нищета, кровь!!! И – опять?!! Чехословакия будет повержена..! И он не остановится.!! Не остановится, слышите!!! И будет Вам, полковник, и западное стратегическое направление… Потом.

И тут полковник вдруг улыбнулся, окончательно повергнув этим оберштурмбанфюрера в шок, и, подняв неожиданно грустные глаза, мягко проговорил:

- А не будет… никакого… «потом».
- Почему? – деревянно спросил оберштурмбанфюрер.
- Потому что режиму Гитлера осталось месяцев восемь-девять… От силы год, - полковник часто-часто и едва заметно закивал головой, как бы подтверждая собственную правоту. Губы его были плотно сжаты – до белизны.
- Почему..? – снова спросил оберштурмбанфюрер, с досадой понимая, что, видимо, со стороны выглядит полным тупицей.
- Потому что Франция и Россия связаны с Чехословакией договором. И как только Гитлер…
- Большевистская Россия?!!
- Да. Но в случае военного конфликта Великобритания немедленно выступит на стороне Франции. И именно потому, что участие России может придать событиям непредсказуемый характер…

Оберштурмбанфюрер закурил. Всё так же деревянно, неловкими и непослушными пальцами. Но видно было, что он успокаивается. Вернее, приходит в себя – взгляд его становился всё более сосредоточенным, движения – быстрыми и чёткими. Наконец, он довольно жёстко спросил:

- Варианты… Варианты событий?

Остер молчал, глядя в окно. Там было пасмурно, но уже совсем рассвело… Поток людей к главному входу в Управление шёл на убыль. Тяжело вздохнув, Остер начал. Начал он, тем не менее, твёрдо: было понятно, что произносимое – плод долгих, серьёзных и… горестных раздумий:

- Их – четыре. В трёх из них… Вы правы - грязь, голод, нищета и кровь. Наша кровь. Немцев. Всех! И наша с Вами тоже. И чувство унижения. И попранное самосознание. И растоптанная национальная гордость..! Второй раз менее, чем за полвека. Знаете что? Дайте-ка закурить.

Прикурив, Остер сделал глубокую затяжку и некоторое время пристально разглядывал сигарету, прислушиваясь к своим ощущениям. Затем продолжил:

- Вариант первый. Почти невероятный. Концентрация войск вермахта на восточных границах не ускользает от внимания разведок европейских держав. Россия, верная союзническому долгу, вводит войска в Чехословакию через территорию Польши. Причём с мнением самой Польши Сталин не очень-то и считается. На востоке создаётся мощная военная коалиция, скорее всего, превосходящая силы нынешнего вермахта. За счёт одних из сильнейших в Европе металлургической, машиностроительной и оборонной промышленностей Чехословакии в сочетании с людскими ресурсами большевиков. И коалиция эта вполне сможет носить в будущем пробольшевистский характер. С чем, допустим… И допустим только в этом, ныне рассматриваемом варианте - почему он и маловероятен. Так вот… С чем, допустим, соглашается Франция. Но эта коалиция обещает быть крепкой и так: она – славянская..! Гитлер всё же делает попытку вторжения и Франция, также из союзнических обязательств, открывает боевые действия на западе. При полной поддержке Великобритании. В этом, дорогой коллега, можно быть уверенным – англичане примут участие в войне хотя бы затем, чтоб минимизировать влияние Сталина на территориях разгромленной в будущем Германии… Не надо делать такие глаза – разгромленной..! Совокупная мощь армий Великобритании и Франции заведомо – заведомо, коллега! – сильнее мощи современного вермахта. Да - динамично развивающегося. Но… времени ему не хватит, чтобы там ни визжали краснобаи Геббельса. Не хватит!!! А урвать свой кусок сбегутся и разные бельгии с голландиями! Неочевидно и поведение «союзничков» на востоке – румын-венгров-болгар… И поверьте мне на слово: расчёты эти – плод не одного месяца работы моего ведомства. И с выводами согласен сам Канарис..! Таким образом, по границам Рейха мы получаем «новую Антанту». С вариациями, да. Но с полной реанимацией ядра – Великобритания-Франция-Россия. Широкомасштабные боевые действия. Война… За уничтожение национал-социализма в Европе..! С полным воссозданием ситуации конца войны Мировой – войной Германии на два фронта. Чем это закончилось, мы…
- А союзники? Союзники Рейха?
- Союзники..? – Остер горько усмехнулся, - А кто это? С началом боевых действий на обоих фронтах… На обоих, не раньше! Муссолини вводит на территорию только что вошедшей в Рейх Австрии… Думаю, коллега, что вопрос о её вхождении – решённый..? Так вот - вводит войска. С целью оккупации? Ни Боже мой..! С целью выполнения союзнического долга – недопущения захвата «беспринципными агрессорами» хотя бы части союзного ему Рейха!!! А на самом деле - для осуществления давней мечты. Ведь именно его пять дивизий, двинутые через Альпы, провалили Венский переворот тридцать четвёртого года. Дальше, сообразуясь с ситуацией на фронтах и посчитав свой союзнический долг выполненным, дуче начнёт мириться – со всеми сразу и с каждым в отдельности. Как сложится судьба Австрии – вопрос технический. То ли, под давлением авторитета европейских держав, не желающим видеть при разделе пирога откровенного фашиста… То ли вообще не считая возможным примирение с ним… И тогда под ударами их войск - Муссолини из Австрии уйдёт. Если же «беспринципные агрессоры» окажутся столь беспринципными, что примут его предложение… Ради удержания порядка на бывших территориях Рейха… Тогда получаем, кроме трёх-четырёх оккупационных зон, и ещё одну – итальянскую.
- Оккупационных?!! – трагизмом перспектив оберштурмбанфюрер был явно ошарашен.
- Ну-у-у… зон ответственности, если хотите... Вермахт будет разгромлен – в этом сомнений не должно быть. И, слава Богу, если, у генералитета хотя бы, хватит силы воли… Здравого смысла, наконец..! Сложить оружие… Капитулировать. Да-да, капитулировать!!! При таком сценарии Германия понесёт минимальный ущерб – минимум крови… минимум разрушений. Да – расчленена. Возможно даже на демократическую… В западном понимании этого слова. На большевистскую и фашистскую! Но – не уничтожена!!! Если же вермахт будет продолжать бессмысленное сопротивление – Германия погрузится во мрак… Средневековья, если хотите. Тогда зон… ответственности, раз уж Вам так больше нравится, может быть ещё больше – по количеству шакалов, сбежавшихся разодрать её на куски. Мы будем раздроблены на десятки областей и областюшек, как были раздроблены сотни лет Средневековья на десятки герцогств и курфюрстшеств. Хотя и не думаю, что основные державы коалиции это допустят.
- Постойте! – пришла очередь и оберштурмбанфюреру протестующе поднять руки, - А Испания? Режим Франко нам более, чем обязан. Удар из-за Пиренеев в тыл англо-французским войскам способен смешать все их планы! Да и Муссолини в этом случае повёл бы себя куда… куда более, - оберштурмбанфюрер мучительно подбирал нужную формулировку, - куда с большим соответствием союзническому долгу..!
- Испа-а-ания..! – сладко потянул Остер, как бы пробуя на вкус само слово. И явно кого-то процитировал - чуть насмешливо, но с по-прежнему грустными глазами, - «Жаркие страсти корриды, так леденящие кровь». Испания, дорогой коллега – вотчина самого Канариса. Он столько времени там провёл, что она вся… вся пронизана его связями и верными ему людьми. Людьми крайне влиятельными! И это настолько очевидно, что адмирал лично, с благословения самого фюрера, занимается всем, с ней связанным..! Чуть не заменяя собой Министерство иностранных дел!!! И, уж поверьте мне - пока он ей занимается, ни один мачо с навахой за поясом по эту сторону Пиренеев и носа не покажет. Напротив – в то время, как парни с туманного Альбиона вкупе с лягушатниками будут нам всласть морды бить, каудильо из-за Пиренеев будет нам же рожи строить и фиги крутить. Да ещё требуя непрерывного увеличения поставок за его же нейтралитет..!
- Полковник… Пусть ситуация… и умозрительна. Но… выражения!!? – оберштурмбанфюрер посмотрел на Остера с тяжёлым прищуром.

Пауза затянулась… Ничто в лице полковника не изменилось – он был спокоен. И не отвёл глаз. Напротив, некоторое время спустя он улыбнулся тонкой саркастической улыбкой, глядя на собеседника с явным сожалением. И чётко, раздельно произнёс:

- Но-но, коллега. Менее двух часов назад Ваше высшее руководство в лице группенфюрера Гейдриха назвало меня в числе истинных и достойных подражания патриотов Рейха..!

Оберштурмбанфюрера отпустило. Стоило признать: Остер – мастер дискуссии. Виртуоз пикировки и салонного юмора..! Смягчившись, он осторожно спросил:

- А-а… адмирал… с нами..? Простите. С вами, полковник?

И Остер вдруг весело, заливисто даже и абсолютно искренне расхохотался:

- Кто? «Подглядка Вилли»?!! Ой, да Вы с ума сошли..! Когда… когда он был… с кем-либо..? – продолжал Остер, уже успокаиваясь и промокая платком глаза, - Канарис – никогда и ни с кем. Всегда - один. Всегда – сам по себе. Редкие исключения ничего не значат - он в принципе не способен «дружить за» - вытравил из себя эту привычку за годы в разведке! Он способен «дружить» только «против»! Да и то – лишь некоторое время. Никому… Слышите? Никому не дано знать, чем в самом деле занят глава армейской разведки, шеф абвера адмирал Вильгельм Канарис!!! А обсуждаемые нами варианты именно он, Канарис, способен был спрогнозировать, всесторонне изучить последствия, взвесить… И признать, при известном стечении обстоятельств, вполне реальными! Кстати сказать, с тремя из них, в неофициальном порядке, уже ознакомлен глава Генерального штаба генерал-лейтенант Людвиг Бек. И лично Канарисом!
- Да почему же неофициально-то..?
- А потому, дорогой коллега, что путь официального документа, даже не представленный тому, для кого он, казалось бы, и составлялся, очень легко отследить по его регистрациям. И, при очень большом желании, всё-таки с ним ознакомиться.
- Что дало бы возможность реально оценить…
- Что дало бы возможность повыгонять нас к чёртовой матери в почётную отставку, понабрав «крупных профессионалов», способных разработать «благоприятные» планы захвата Индии к ближайшему дню рожденья фюрера.
- Но можно хотя бы прекратить работу по развалу нашей союзнической коалиции..! В той же Испании, например…
- Зачем? Вам что, оберштурмбанфюрер, так дороги завоевания национал-социализма?
- Я лишь хочу любыми средствами избежать жертв. Жертв немцев.
- Самой большой жертвой немцев является наличие режима национал-социализма в самой Германии: потеря десятков фронтовых дивизий по сравнению с этим – ничто. К тому же мы с Вами не знаем… И никогда не узнаем..! Что именно адмирал предпринимает в Испании. Да и предпринимает ли вообще..? Меня больше устроит, если каудильо, посреди всей этой кровавой вакханалии, будет и впредь сохранять свой нейтралитет и, в конце концов, останется в памяти потомков, как умный и дальновидный политик. А вот если Канарис, пусть даже и как гений разведки, останется в их памяти – значит, он где-то допустил серьёзный промах. Кстати, нас с Вами это теперь тоже касается. И вернёмся к теме нашего разговора.

Но оберштурмбанфюрер надолго замолк, устремив в пространство невидящий взгляд. Потом он коротко и резко кивнул, как бы внутренне с чем-то согласившись, и размеренно спросил:

- Вариант второй? Логика подсказывает – наиболее вероятный..?
- Не наиболее, нет. Более… Более вероятный, коллега. В изложении он краток. Так как заключительную его часть предсказать невозможно. Но нас она и не должна интересовать – для немцев всё закончится быстро… Очень быстро. В самом начале. И вариант этот – ужасен. К моменту вторжения вермахта в Чехословакию единая антигитлеровская коалиция не складывается – Франция, под влиянием англичан, не может смириться с продвижением большевизма на запад. Сталину – плевать. Он преследует свои цели под прикрытием союзнического долга. Боевые действия на востоке приобретают широкомасштабный характер и объединённая военная коалиция запада - под тем же надуманным предлогом исполнения Францией союзнического долга - переходит западные границы Рейха. Причём тут уж самой Франции будет плевать, что Чехословакия, пусть и в силу сложившихся обстоятельств только, уже воюет на стороне большевиков. Для Рейха – всё та же война на два фронта. Но две мощные коалиции на востоке и западе воюют не с ним: наличие вермахта на их пути воспринимается, как досадное недоразумение – они сближают фронты!!! Мы получаем в точности повторенную ситуацию восемнадцатого года, положившую конец Мировой войне. С той разницей, что эта ситуация – начало новой, второй… Второй мировой войны. Уже за уничтожение большевизма в Европе. И не важно, что развязана она Гитлером – это вторая мировая война, разразившаяся всего-то через двадцать лет..! И последствия её для нас, немцев, будут ужасны – начнётся это бойня, когда силы обеих сторон ещё не истощены, и начнётся - на землях Германии.
- Ну, и чья возьмёт?
- А Вам не всё равно? Где бы ни закончилось это безумие – на берегу Ла-Манша или у отрогов Урала – все остальные его участники попросту не заметят одной «мелочи» - исчезновения границ Германии с карты Европы. Возможно, не её одной… Но её – в первую очередь.
- И даже в ожидании таких катаклизмов Вы не верите в союзнический долг наш… - начал было оберштурмбанфюрер, но Остер не дал ему договорить – он горько рассмеялся:
- Не верю! Не верю, коллега..! Франко… Франко, скорее всего, найдёт себе место в коалиции западных держав. Ну, в силу факторов, чисто географических..! Если будет иметь глупость отказаться от своего нейтралитета. А Муссолини… Да он бы и рад выждать и посмотреть, чья, как Вы выразились, возьмёт… Да время!!! Время не позволит! Да и сложно предположить, что откровенный фашист сможет на равных влиться в союз западных демократий. А вот на стороне противоположной «наш верный союзник» может оказаться вполне – если вопрос встанет о жизни и смерти альтернативных политических систем, порог приемлемости у фашиста Муссолини и большевика Сталина может оказаться весьма низким. К тому же «дядя Джо» вообще отличается нестандартностью решений.

Остер довольно неожиданно и напряжённо замолк. И спустя некоторое время продолжил. Но уже без тени сарказма даже – просто горько:

- И вот ещё что… скорее всего… придётся нам пережить. Сопротивление вермахта на обоих направлениях будет выглядеть безумием не меньшим, чем безумие, охватившее обе коалиции. Найдутся… Не могут не найтись! Здравомыслящие офицеры… Возможно, целые части даже… Соединения, наконец! Которые сложат оружие на обоих фронтах. Но это уже будет война на выживание двух глобальных политических систем. И противоборствующие стороны не смогут позволить себе раздать им лопаты и отправить автобаны мостить. Нет! Им раздадут оружие и отправят воевать друг с другом!!! Что это будут за армии? Без государств..? На западе разрозненные части вермахта станут… Станут бундесвером каким-нибудь – уж простите мне, старому дураку, мои фантазии..! Но раз они будут поставлены в положение «союзнических» формирований, то и выбор-то будет невелик. А на востоке… На востоке мы получим, дорогой коллега, какую-нибудь «прусско-силезскую красную гвардию». И воевать они будут страшно. Загнанное внутрь чувство собственного предательства будет неумолимо и постоянно требовать отмщения – отмщения тем, кто, да, также предал и продался, но другой, заведомо, с их точки зрения, неправой стороне. Это пушечное мясо будет стимулироваться обеими сторонами – им придадут какой-нибудь статус… Национальных воинских формирований, к примеру, а? Высокопарно нарекут какими-нибудь легионами… Или фалангами? Посулят привилегий. На манер тех же бедолаг из французского Иностранного… Который и начался-то, кстати сказать, с немца – с Людвига фон Бартенштайна..! И они, именно они, гонимые в первых рядах, будут резать и жечь… Добивая гибнущую Германию. Резать и жечь… Немцев!!! Детей… женщин… И стариков. Волею судеб. И не более того, оберштурмбанфюрер – лишь волею судеб оказавшихся «не на той стороне» несчастной Германии..! А затем… И тех и других - и фалангистов, и легионеров всех мастей… выкинут на свалку!!!

Остер замолк, будто переводя дух, и уставился в окно. Оберштурмбанфюрер закурил снова и, выждав довольно долго, вернулся к теме:

- Итак, полковник… вариант третий?
- Третий…- автоматически повторил Остер, возвращаясь к реальности, - Третий вариант, коллега, таков, что мог быть доложен Беку только неофициально. Так как не отставками он чреват – тут и лагерем-то едва отделаешься. Мне кажется, что он возможен лишь на базе, так сказать, второго… Нет-нет! На базе лишь предпосылок к развитию событий по второму варианту, - быстро поправился Остер, заметив помрачневший взгляд собеседника, - Конечно, идеально было бы пустить события по выгодному… Назовём это условно так, оберштурмбанфюрер – по выгодному для Германии пути. То есть началу его реализации послужит начало боевых действий на востоке, а единая антигитлеровская коалиция - не складывается. Не складывается она и в дальнейшем. Этот пункт, кстати сказать, у меня почти не вызывает сомнений. Неуспех вермахта на востоке влечёт за собой изменение общественного мнения не в пользу Гитлера и вынос на поверхность отдельных людей… А, возможно, и целых групп… разделяющих наши с Вами взгляды, коллега. Возможно, этого будет недостаточно, и серьёзное брожение умов начнётся лишь в результате серьёзных неудач и на западе. Так или иначе, ситуация в Рейхе будет тем благоприятнее, чем оглушительнее будут поражения на фронтах. Хотелось бы этого избежать… Избежать хотя бы за тем, - Остер невесело подмигнул оберштурмбанфюреру, - чтобы «Ваши» стратегические запасы вдоль западных границ всё-таки послужили на пользу Германии. А нет – пусть хоть опосредованно послужат. Попробую объяснить каким образом.

Остер снял фуражку и забросил её под заднее стекло. Оберштурмбанфюрер заметил, что при ироничном, моложавом, в общем-то, лице тот был совершенно седым. А Остер широко развел обе руки и вдруг – с хлопком даже! – резко соединил ладони. Он стал похож на профессора на кафедре, приступающего к кульминации своих блестящих доказательств:

- Брожение умов само по себе не приведёт к выступлениям против режима. Да этого и не нужно - чревато хаосом. А вот спровоцированные в нужном месте и в нужное время – были бы весьма кстати. Убеждён, коллега, что людей, подобных нам, в Германии – не единицы. Возможно, они вообще никак не организованы или организованы в меньшей степени, чем мы. Но они проявятся под давлением обстоятельств. А, проявившись – сплотятся. Важно возглавить этих людей на самых уязвимых для нынешнего режима участках! И не обязательно нам. Я ведь не исключаю… Наряду с разрозненными недовольными… Не исключаю наличия и организаций, подобных нашей! Вполне возможно, куда более мощных. И объединяющих куда более влиятельных людей. В высших эшелонах власти, в среде предпринимателей, в вермахте… В партийных формированиях, наконец! Главное не то, кто опрокинет режим. Главное – перечень мероприятий, которые должны быть немедленно воплощены в жизнь людьми, пришедшими к власти, и доведены до мирового сообщества. Мероприятий, способных убедить хотя бы запад, что цели разгорающейся войны – достигнуты. Мероприятий, способных избавить Германию от необходимости, как минимум, вести войну на два фронта. А то и вообще её избежать! Мероприятий, способных дать понять миру, что в Германии устанавливается вменяемый режим, уважающий международные правовые нормы и решения Лиги Наций. И – самое главное! – мероприятий, способных сохранить единую, целостную и независимую Германию..!

Остер замолк, пристально глядя на собеседника. Он ждал вопроса. Вопроса очевидного, а потому и прозвучавшего:

- И… каковы же… эти мероприятия, полковник?

Остер, будто облегчённо, выдохнул и отогнул большой палец сжатой в кулак руки:

- Первое. Устранение наиболее одиозных лидеро…
- Устранение? – мгновенно перебил оберштурмбанфюрер, прищурившись и склонив голову к плечу.
- Это… оговорка, - сухо обронил Остер, - Отстранение. Конечно же - отстранение от власти наиболее одиозных лидеров режима.

Оберштурмбанфюрер, всё с тем же прищуром, чуть выдвинул вперёд подбородок. Но… согласно кивнул.

- Второе, - Остер продолжал отгибать пальцы, - Запрещение национал-социалистической партии на всей территории Германии. Третье. Роспуск СС, - быстрый взгляд на собеседника. Но тот продолжал слушать, всё так же прищурившись, - Четвёртое. Прекращение боевых действий на западе… Да-да, коллега, - бросил Остер в лицо собеседника, возмущенно вскинувшего брови, - Если таковые там вообще будут. Или просто открытие границ союзническим войскам западных держав. Что не отменяет пятого…
- Да зачем, полковник?!!
- Для сохранения порядка в Рейхе… Простите – в Германии. Да, силами их войск. На возможные стычки… и прочее… придётся закрыть глаза, коллега. Итак… пятое. Переброска западного контингента частей вермахта на восток. К границе. Шестое, - Остер снова сжал руку в кулак и снова отогнул большой палец, - Предоставление аннексированной Австрии независимости и государственного суверенитета. И, наконец, седьмое. Обращение к лидерам стран восточной коалиции о мирных переговорах. Хотя, честно говоря, выполнение этого пункта будет целиком зависеть от воли западных держав.
- То есть?
- Если уничтожение национал-социализма будет расценено ими, как достаточное условие для сворачивания боевых действий… А Сталин, подмяв под себя и так уже всю восточную Европу, на открытое противостояние с западом не пойдёт и заключит с нами мир - немцы займутся воссозданием собственной государственности. Да, под контролем запада и путём демократических выборов в Рейхстаг. Или как он там будет назы…
- Помилуйте, полковник! Результаты демократических выборов мы ощутили в тридцать третьем..! Зримые, - оберштурмбанфюрер ткнул пальцем в здание Управления.
- Ничего более прогрессивного, дорогой коллега, человечеством не выдумано. А будущие… будут с результатами… так сказать, заранее известными. Тому же «дяде Джо» приписывается весьма мудрая фраза: «Не важно, как голосуют, важно – как подсчитывают». И именно патронаж западных держав позволит сделать их таковыми.
- А если не будет расценено?
- Тогда – война. Война на стороне западных держав за уничтожение большевизма. Да, в унизительной роли «младшего брата»… На птичьих, так сказать, правах. Но, тем не менее, как единое и независимое государство в составе западной коалиции..! А там уж, как Вы выражаетесь, чья возьмёт.
- Да, полковник - угрюмо проговорил оберштурмбанфюрер, - надо признать, варианты Ваши отличаются поразительной однообразностью.
- Но есть ещё и четвё…- начал было Остер, но оберштурмбанфюрер быстро перебил, не спуская с него прищуренных глаз:
- А что будет с самим фюрером? С Гитлером..?

Остер поджал губы и тоже слегка прищурился. Зло…

- Не знаю… Знаю только, что кроме энтузиастов и дилетантов нас погубят ещё и чистоплюи! Забегая несколько вперёд… Бек, например. Вот, например, его планы - Бек носится с идеей показательного суда над Гитлером. В Нюрнберге! В логове, так сказать. В процессе судебного следствия факт нападения на Чехословакию представляется мировой общественности, как признак его душевной болезни. Назначаются экспертизы. Выводы которых заранее предопределены: Гитлер – душевнобольной! Как же, как же..! Ведь только душевнобольной мог, презрев акты международных соглашений, ввергнуть страну в военную авантюру, не имеющую никаких шансов..! К тому же… Это должно оказать благоприятное впечатление на новых союзников. Вы ж понимаете… - Остер артистично и довольно забавно сыграл взгляд «со значением», вызвав у оберштурмбанфюрера улыбку, - Ведь только душевнобольной мог так недооценить силу и потенциал могущественнейших западных держав!!!

И тут Остер из умного и ироничного господина в одно мгновение превратился в человека, охваченного почти маниакальным бешенством. Холодным бешенством:

- А он – недоучка! Самовлюблённый недоучка, оберштурмбанфюрер!!! Он в принципе не представляет себе… Не вложили ему..! Человеку без чести, без совести… Без морали..! Без зачатков нравственности.!! Понятия не имеющему о какой-либо этике!!! Не вложили ему, что верность слову – принцип взаимоотношений порядочных людей. Не вложили, что пункты международных соглашений – обязательны к исполнению и уважению. Да что там говорить – элементарных знаний-то… Ему, не осилившему даже гимназии – и тех не вложили..!

- Гимназии!!? Шутите? В Рейхе создан ореол таинственности… Завесы какой-то… Почти мистической убеждённости, что у фюрера нации нет и не могло быть никакой личной жизни. А Вы, видно, интересовались..? Расскажите, полковник…
- Интересовался, да, - к Остеру вернулась маска холодного профессионализма, - Он с самого начала был мне интересен. И, слава Богу, есть возможности этот интерес удовлетворить.

Остер замолк, скучнея на глазах. Наконец, нехотя как бы, начал говорить:

- Да что тут особенно рассказывать-то? Мальчик… из провинциального городка. В Австрии. Браунау, кажется… Не лишённый способностей к рисованию… из рук вон плохо учился в местной школе. Заботливые родители отправили его получать «блестящее» образование в гимназию Линца – городок не менее провинциальный, но… побольше. И назначили пенсион. Отучившись девять классов, гимназию мальчик бросил. Но, чтобы не лишиться родительского пенсиона, исправно ездил к ним на каникулы. А во время учебного, так сказать, процесса увлечённо рисовал архитектурные проекты циклопического характера… Черпая их в собственном воспаленном мозгу. Да поезжайте в Нюрнберг, коллега – они воплощаются уж!!! Жил бы он так и жил… При наличии пенсиона вполне сносно, кстати. Но время обучения в гимназии подошло к концу. Мальчик уверяет родителей, что курс гимназии им закончен. Тут же выбивая через них у какого-то покровителя семьи рекомендательное письмо в Венскую Академию художеств. И, надо же, незадача! Новый покровитель, адресат письма, вместо того, чтобы тут же зачислить юного гения на подготовительный курс настоятельно советует ему сначала закончить среднее образование. Это же неслыханно!!! Домашние, естественно, заверяются, что их талантливейший отпрыск – студент подготовительного отделения. Но это не решает основного вопроса – на что жить? Ведь по логике родителей, мальчик теперь стипендию получает..! И начались годы скитаний по мебелирашкам. А хозяевами этих доходных домов были, как Вы понимаете, в большинстве своём - венские евреи. И непризнанный гений акварели и городского пейзажа засел… за открытки..! Пышногрудые фройлен. Ангелочки… в складочку. С того и жил. И всё это – чтобы расплатиться с ненавистными квартиросдатчиками. Как он, вероятно, страдал..! Бывало… Вена, всё-таки - музыкальная столица мира..! С ним и билетами в оперу расплачивались – отсюда и Вагнер. А дальше – война. Но мальчик одержим уже идеями национального единства немцев перед лицом глобальной еврейской опасности..! Он пересекает границу и вступает добровольцем в рейхсвер. Его зачисляют в полк. Вольноопределяющимся. Вот, собственно, и всё. А дальше… Дальше рассматриваемый индивид, - глаза Остера снова загорелись недобрым огнём, - становится фюрером восьмидесятимиллионной страны. Страны Шиллера и Гёте, Дюрера и Гольбейна… Фридриха Барбароссы и Бисмарка, наконец..!
- Ясно, - веско проговорил оберштурмбанфюрер.
- Что именно, коллега?
- Ясно, что Вы его ненавидите, полковник…
- Ненавижу? Бросьте, - не очень натурально возразил Остер, - Как можно ненавидеть вредоносного… ядовитого даже! Но – паразита? С ним надо просто поступать соответствующим образом…
- И как бы… Лично Вы как бы с ним поступили?
- Я?, - переспросил Остер. И после недолгой паузы продолжил с напускным равнодушием, - Не знаю… Не определился ещё. Да и не он, в конечном-то итоге, является стержнем режима.
- Не он?!! А кто же..? – оберштурмбанфюрер был по-настоящему удивлён.
- Гиммлер! – в свою очередь удивился полковник, - Гиммлер, конечно!!! А кто же ещё-то..?
- Ну-ка, ну-ка, просветите, полковник – Гиммлер, бессловесный Гиммлер, тень фюрера… носителя всей идеологии национал-социализма..! Его знамени…
- Да нет у национал-социализма никакой идеологии!!! – взорвался Остер, - Вы что, не читали «Mein Kampf»?!! Вот этот бред из лозунгов, перемежаемый зверино-расовыми теориями и напичканный цитатами из Ницше и прочих псевдо-мыслителей – это идеология? Или его маниакальные рассуждения о его же исключительности..? Это идеология, да?!!
- Ненависть – плохой советчик, - примирительно сказал оберштурмбанфюрер.
- Зато хороший… помощник… когда действовать надо, - прерывисто ответил Остер. Он уже успокаивался, растирая кисти рук, - Ладно… Чёрт с ним. Итак, почему Гиммлер, - Остер совсем овладел собой, - Малоизвестный факт… Само знание которого уже грозит виселицей. Ибо в одночасье рушит все представления о происходящем в Рейхе. Заговор… А в последствии, и бунт штурмовиков – тщательно спланированная, виртуозная провокация высших чинов СС. Формально СС являлись частью формирований СА. Формально даже и подчинялись им! Должны были подчиняться. И Гиммлер долго… планомерно обрабатывал Гитлера, по-своему интерпретируя любой факт о творящемся в среде штурмовиков. Да и личность Рёма его дискредитацию отнюдь не осложняла. Но фюрер всеми силами избегал раскола… конфронтации внутри движения. И даже, когда количество негативной информации превысило уже все разумные пределы, избегал решительных шагов… по собственной, так сказать… воле. В конце концов, материалы, «собранные» Рейхсфюрером, сделали силовой сценарий как бы единственно возможным. И Гитлер затеял торг - было проведено экстренное секретное и двухстороннее совещание накануне событий тридцатого июня, где Гитлер напрямую обратился к Рейхсфюреру с предложением кардинально решить проблему штурмовиков… Силами СС. И как бы абсолютно без его участия. И даже ведома! Совещание-то было двухсторонним, но сам Гитлер был на нём в абсолютном меньшинстве. Он, так сказать, представлял собой интересы партии. Один. А со стороны СС были Гиммлер, Гейдрих, бригаденфюрер Эйке и адъютант последнего – Липперт…
- Тот самый Липперт, что…
- Да, коллега. Тот самый. И наш… Простите – ваш птицевод. С подачи Гейдриха, естественно, своего шанса не упустил – Гиммлер согласился с возложенной миссией, взамен выторговав себе… всё!!! Причём практически не рисковал – умница Гейдрих, как всегда, заранее подготовился.
- Что ж «всё»-то, полковник? Не томите…
- Терпение, коллега, - проговорил Остер, не сводя с собеседника внимательных глаз, - По итогам совещания был составлен секретный протокол, подписанный обеими сторонами. И решения, прописанные в нём, по взаимному согласию приобретали силу закона. А решения такие: внешне всё остаётся по-прежнему – СС были и остаются военизированными формированиями партии. А на деле – выводятся из-под её влияния… Более того – из-под контроля..! И являются отныне абсолютно самостоятельной, закрытой государственной структурой. Эдакое государство в государстве! Причём в планах, в будущем – государство вполне реальное!!! Бредни про Бургундию слышали?
- Нннет…
- Территориальное образование внутри границ Рейха! Со всеми атрибутами самостоятельного государства – государства СС..! Но не отвлекайтесь. Как Вам «бессловесный Гиммлер, тень фюрера»?
- Да, полковник, - задумчиво проговорил оберштурмбанфюрер, - Если Вы ставили себе целью повергнуть меня в шок… То Вам это почти удалось.
- Во-о-от..! – Остер подался вперёд, как бы стремясь «добить» оппонента доводами, - Вы, эсесовцы, сами не понимаете, какого монстра вы создали! Гестапо, СД, высшее руководство всех полиций Рейха – целое Управление безопасности..! Собственные резервные войска!!! А все эти ляйтеры с гауляйтерами, положившие начало «общим» СС… Они кто? Партийное руководство или всё-таки государственная администрация? В том-то и дело! И вообще – у этих «общих» СС есть ли мыслимые границы? Высшее руководство всех министерств – они. Руководители любого предприятия, с долевым хотя бы, участием государства – тоже они. Медицина – эсесовское ведомство Т-четыре… Что, лучшие представители арийской расы как-то по-другому устроены, да? История, география, культура, искусство – «Ahnenerbe»! «Наше наследие»… Вюльфинги с нибелунгами? Рунические письмена..? Наследие, конечно. А Шуман с Гейне - нет? А Фейхтвангер? Ремарк..? А эти… «Туле»… Как их там..? А-а… - «Thule Gesellschaft»! Возрождённое тевтонское рыцарство..! И это – на фоне пещерного язычества и оккультного мракобесия, царящего в Вевельсбурге! Рыцари ордена Девы Марии Тевтонской были христианами, между прочим. Учё-о-оные… в мундирчиках СС! А штурмовики? Народный Трудовой фронт? Это что – общественные организации, да? Всё… Поголовно!!! Всё руководство гитлерюгента, Союза немецких девушек… Разных прочих бундов, бундовок и бундочек: все – фюреры!!! СС пронизало всё общество снизу до верху! Все социальные слои его..!
- Но канцлер – фюрер. Причём единственный с некоторых пор – институт Рейхспрезидентства со смертью Гинденбурга… - попробовал было возразить оберштурмбанфюрер.
- Им Гитлер, - резко перебил его Остер, - канцлером был и назначен! А подходящей кандидатурой стал, как лидер партии, победившей на выборах..! Более до сего дня ничем и не отличился.
- Значит, главенствующую роль партии Вы всё-таки признаёте?
- А партия – это кто? Кто там обладает реальной… подчёркиваю – реальной! - властью без опоры на СС? Кликуша фюрер..? Даже «единство» в его движе-е-ении, как он высокопарно выражается, обеспечили СС. В Ночь Длинных Ножей.
- Ну, почему один только фюрер? Гесс… Борман, наконец..!
- Гесс? – Остер произнёс это с откровенной издёвкой, - Да-а-а… Что-то количество лётчиков в нынешней администрации и вправду превышает всякие разумные пределы. Так вот Гесс, многоуважаемый коллега… летает! Летает в эмпиреях нюрнбергских партийных торжеств!!! Выпуская на трибуну, одного за другим, ораторов, молотящих с неё до зубной боли однообразную чушь. В одинаковых, заметьте, мундирах СС..! Или, может, следующие за болтовнёй вечерние факельные шествия – демонстрация монолитности партийных рядов? Только вот факелы со штандартами тащят те же фюреры и фюрики. Борман? Как же, как же – партийная касса..! Кто платит, тот и заказывает музыку? Вот только зарабатывают ему эти деньги Эйке, Эйхман, те же госпредприятия, руководимые эсесовцами, и всё деловое сообщество в целом, подотчётное эсесовским министерствам и контролируемое эсесовской же полицией. А финансовые потоки – все! – отслеживает глава Рейхсбанка Яльмар Шахт. Наш единомышленник, между прочим… Тоже щеголяющий в генеральском мундире СС! Ну, и кто там ещё остался? Опосредованно – только Геббельс…
- Вот, кстати, Геббельс… - будто за соломинку хватаясь, проговорил оберштурмбанфюрер.
- Геббельс, дорогой мой коллега, здесь отнюдь не кстати. Совсем не кстати. Геббельс – всего навсего микрофон и репродуктор режима. И его богатый опыт круглого дурака…
- Ну, знаете, полковник, - оберштурмбанфюрер был неприятно поражён, - личная неприязнь – подход непрофесси…
- Дурака, дурака, коллега! – Остер остановил его жестом, - Это сейчас ему стало хватать сообразительности собственную глупость не демонстрировать. Так вот этот опыт ему и подсказывает, что он будет оставаться и микрофоном, и репродуктором, пока и микрофон, и репродуктор – исправны. То есть работают так, как режиму необходимо. А на заре движения, так сказать, он имел глупость служить «и нашим, и вашим» - и Гитлеру, и Штрассеру! Причём, ладно бы одновременно… Балансируя между группировками - так нет. В открытую..! То одному, то другому.!! И, примкнув очередной раз к левому крылу партии, «пламенный» Йозеф договорился до публичных призывов исключить из неё Гитлера!!! Дурак, коллега… Круглый дурак! Ибо таких вещей режим закомплексованных лавочников не прощает. Или уж, во всяком случае, не забывает… Что в среде людей такого рода почти одно и то же.

Оберштурмбанфюрер слушал… да и воспринимал услышанное уже несколько отстранённо. Действительно, многое из того, что говорил Остер, было ему внове. Но не это было самое главное. Главное, что это в корне переворачивало его представления о режиме. До этого момента происходящее в Рейхе в целом устраивало его. Были и поводы для раздражения. А когда их нет у думающих людей? Но пока режим делал всё для достижения стабильности и порядка… Или хотя бы иллюзии их – оберштурмбанфюрер оставался спокоен и почитал для себя главным исполнение служебного долга. Неопровержимые же данные о намерениях перекроить границы Европы в его представления о стабильности и порядке никак не укладывались! И вполне естественное желание подтвердить или опровергнуть свои опасения буквально за неделю обрушило на него такой поток информации… Чреватой не хаосом даже – катастрофой! Что он почувствовал себя неспособным её в одночасье оценить – это требовало её накапливания, тщательной систематизации, серьёзного обдумывания и всестороннего, взвешенного анализа…

Продолжение следует…

SSS®

Сообщение отредактировал Сергей СМИРНОВ - 3.6.2015, 17:17
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



Текстовая версия Сейчас: 19.9.2019, 18:22
Rambler's Top100