быстрый поиск:

последние за вчера, 14.12.18  
переводика рекомендует  
Война и Мир
Терра Аналитика
Усадьба Урсы
Хуторок
Сделано у нас, в России!
Глобальная Авантюра
Вместе Победим
Российская газета
 
переводная статья
опубликовано редакцией на Переводике 21.08.09 15:59
скаут: Lilu; переводчик dovinant; редактор Irina Titova; публикатор: civiliza
   
 

Ещё раз о Новой Большой игре. Часть 1. Иран и Россия – скорпионы в банке

Чем дальше, тем интереснее становится в иранской стране чудес. Вообразите, что произошло на прошлой неделе во время пятничной молитвы в Тегеране. Молитву вёл лично бывший президент аятолла Хашеми Рафсанджани, так же известный как «Акула», самый богатый человек в Иране. Своё состояние он сделал отчасти благодаря «Ирангейту» – секретным военным контрактам между США и Израилем в 1980-х.

Как хорошо известно, Рафсанджани поддерживает прагматическую консервативную партию Мир-Хоссейна Мусави и Мохаммада Хатами, проигравшую в последней драке в верхах (выборами это назвать трудно) партии аятоллы Али Хаменеи и Махмуда Ахмадинежада «Корпус стражей Исламской революции», известных приверженцев ультражёсткой линии. Во время молитвы адепты руководящей партии выкрикивали обычное «Смерть Америке!». Прагматичные консерваторы впервые выступили с лозунгами «Смерть России!» и «Смерть Китаю!».

Вот так так! И Россия, и Китай, в отличие от Соединённых Штатов и Западной Европы, почти сразу признали спорные перевыборы Ахмадинежада. И что, это характеризует их как врагов Ирана? Или прагматичные консерваторы не в курсе, что помешанный на Евразии Збигнев Бжезинский, к которому так внимательно прислушивается президент США Барак Обама, уже с 90-х годов читает проповеди о том, как важно разрушить ось Тегеран – Москва – Пекин и торпедировать Шанхайскую организацию сотрудничества?

Вдобавок, им не известно, что Россия и Китай являются, также как Иран, твёрдыми сторонниками конца доллара в роли мировой резервной валюты, перехода к мультивалютной корзине и единой валюте, прототип которой российский президент Дмитрий Медведев дерзнул представить на встрече G8 в итальянской Аквиле? Кстати, это довольно изящная монета. На ней выставлены напоказ лица лидеров «большой восьмёрки» и девиз: «Единство в разнообразии».

«Единство в разнообразии» – не совсем то, что на уме у администрации Обамы, когда дело касается Ирана и России. И не смотрите на несчётное количество байт возвышенной риторики. Начнём с картины в энергетике.

Иран – второе в мире государство по количеству разведанных запасов нефти (11,2%) и газа (15,7%), согласно статистическому обзору мировой энергетики за 2008 год от «Бритиш Петролеум».

Если бы когда-нибудь Тегеран предпочёл более миролюбивые отношения с Вашингтоном, на иранском энергетическом богатстве пировали бы крупные нефтяные компании США. Это означает, несмотря на все разговоры, что администрация США никогда не захочет иметь дел с гипернационалистическим иранским режимом. Таким, как нынешняя военная диктатура муллатариата*.

Чего действительно боится Вашингтон – от Джорджа У. Буша до Обамы – так это перспективы российско-иранско-венесуэльской оси. Иран и Россия вместе владеют 17,6% мировых разведанных запасов нефти. У нефтяных монархий Персидского залива, де-факто контролируемых Вашингтоном, – 45%. Ось Москва – Тегеран – Каракас контролирует 25%. Если добавить сюда казахстанские 3% и африканские 9,5%, получим более чем эффективную силу, противодействующую американской гегемонии на арабском Среднем Востоке. То же самое можно сказать про газ. Добавляя к оси центрально-азиатские республики бывшего СССР, мы получаем 30% мировой добычи газа. Для сравнения: весь Средний Восток, включая Иран, сейчас производит только 12,1% от мировых потребностей.

Всё о Трубостане

Ядерный Иран неминуемо взбудоражил бы новый, нарождающийся многополярный мир. Иран и Россия сейчас на деле показывают Китаю и Индии, что не очень-то умно исходить из того, что США могли бы подмять под себя основную массу нефти на арабском Среднем Востоке. Всем этим игрокам хорошо известно, что Ирак остаётся оккупированным и что пунктиком Вашингтона остаётся приватизация гигантского нефтяного богатства Ирака.

Как любят подчёркивать китайские интеллектуалы, четыре нарождающиеся или возрождающиеся силы – Россия, Китай, Иран и Индия – стратегические и цивилизационные полюсы, и три из них неприкосновенные, потому что это ядерные державы. Более самоуверенный и напористый Иран, овладев полным циклом ядерных технологий, может добиться, на горе Вашингтону, увеличения удельного веса Ирана и России в Европе и Азии не только в сфере энергетики, но также и в стане сторонников многополярной монетарной системы.

Дружеское соглашение уже достигнуто. Начиная с 2008-го года иранские власти подчёркивают, что однажды Иран и Россия начнут торговлю в российской валюте. «Газпром» изъявил желание получать оплату за нефть и газ в рублях, не долларах. И Секретариат Организации стран–экспортёров нефти уже осознал это зловещее предзнаменование: в этом году было озвучено допущение, что ОПЕК может перейти на торговлю в евро до 2020-го года.

Не только ось Москва – Тегеран – Каракас, но также, например, и Катар, и Норвегия, и рано или поздно Арабские Эмираты, будут готовы расстаться с нефтедолларами. Вне всякого сомнения, конец нефтедоллара (который, разумеется, наступит не завтра) означает конец доллара как мировой резервной валюты, конец оплаты всем миром чудовищного американского бюджетного дефицита, конец англо-американской финансовой удавки, наброшенной на мир ещё во второй половине 19-го столетия.

Энергетическое уравнение между Ираном и Россией намного, намного сложнее. Решив его, мы увидим двух скорпионов в банке. Тегеран, изолированный от Запада, испытывает недостаток в инвестициях для модернизации энергетических установок (они образца ещё 70-х годов). Вот почему Иран не может извлечь полную выгоду из своего каспийского энергетического богатства.

И здесь, с тех пор как США ещё во время 90-х при помощи нефтепроводов Баку – Тбилиси – Джейхан и Баку – Тбилиси – Супса решили во всю силу вонзиться в Каспий, во весь рост стоит вопрос Трубостана.

Для «Газпрома» Иран буквально золотая жила. В 2008-м году российский энергетический гигант объявил, что будет разрабатывать крупнейшее месторождение нефти в Северном Азадегане и в трёх других областях. Российский «Лукойл» расширил планы на будущее, о своём участие на северном участке заявила «Татнефть». Администрация Джорджа У. Буша полагала, что это ослабит Россию и изолирует Иран в Центральной Азии. Предположение оказалось ошибочным: это только ускорило стратегическую кооперацию России и Ирана в энергетике.

Силовые игры Путина

В феврале 1995-го Москва направила средства на достройку ядерного реактора в Бушере. Этот проект начинал ещё тот давний шах Ирана, который провозгласил себя «жандармом США в Заливе». В 1974-м году шах нанял «КВУ» (подразделение компании «Сименс»– прим. перев.), но стройка встала в 1979-м после Исламской революции и сильно пострадала в период между 1984-м и 1988-м от бомб Саддама Хусейна. В итоге на сцену вышли русские, предложив закончить проект за 800 миллионов долларов. К декабрю 2001-го Москва начала ещё и ракеты Ирану продавать – проверенный способ заработать дополнительные деньги, предложив защиту стратегических объектов вроде Бушера.

Бушер – источник многих противоречий в Иране. Его должны были закончить в 2000-м году. Как это видится иранским властям, русские, похоже, никогда не были заинтересованы перерезать ленточку. Тому есть и технические причины: российский реактор больше того помещения, что уже построил «КВУ», и иранские ядерные инженеры не обладают достаточными техническими знаниями.

Однако главные причины всё же геополитические. Бывший президент Владимир Путин использовал Бушер как важный дипломатический инструмент в его сеансе одновременной игры с Западом и иранцами. Это Путин вёл беседу о стратегическом объекте с точки зрения решения мирового ядерного кризиса, это он подкинул идею обогащать уран для Ирана в России. Ахмадинежад и большинство из высшего руководства Запада ответили категорическим отказом. Русские в свою очередь стали работать ещё более неспешно и даже умерено поддержали санкции против Тегерана, организованные по большей части США.

Тегеран получил сигнал: Путин не безусловный союзник. В итоге в августе 2006-го русские добились нового договора на строительство и сопровождение двух новых атомных станций. Всё это означает, что Иран просто не может справиться со своей ядерной программой без России. Вместе с тем, свои ограничения есть и у Путина. В Москве очень хорошо понимают, что возможный удар Израиля привёл бы к потере выгодного ядерного клиента и к большому дипломатическому фиаско. Медведев следует той же двунаправленной стратегии: убеждать американцев и европейцев, что Россия не хочет ядерного распространения на Среднем Востоке и одновременно убеждать Тегеран, что Россия нужна ему более чем когда-либо.

Ещё одна особенность московской шахматной стратегии – никогда не озвучиваемой на публике – сотрудничать с Тегераном так, чтобы не допустить Китай к полному участию в проекте и не привести в движение американские ракеты. Пока иранская ядерная программа не закончена, Россия может играть роль мудрого посредника между Ираном и Западом.

Развитие мирной иранской ядерной программы хорошо как для Ирана, так и для России. Хорошо по нескольким причинам.

Прежде всего, обе страны находятся в военном окружении. США стратегически окружили Иран через Турцию, Ирак, Саудовскую Аравию, Бахрейн, Пакистан и Афганистан. Военно-морской флот США присутствует в Персидском заливе и Индийском океане. НАТО на глазах у России поглотил балтийские государства и угрожает «присоединить» Украину и Грузию. НАТО воюет в Афганистане. Штаты, так или иначе, присутствуют во всей Центральной Азии.

У Ирана и России в отношении Каспийского моря одна стратегия. Здесь они по сути противостоят новым прикаспийским государствам: Казахстану, Туркменистану и Азербайджану. Также Иран и Россия лицом к лицу стоят с радикальным суннитским исламом. У них есть молчаливое соглашение. Например, Иран ни разу не помог чеченцам. Ну и американский вопрос. Де-факто ось Москва – Тегеран – Ереван серьёзно раздражает американцев.

В итоге за последнее десятилетие Иран стал третьим по величине после Китая и Индии импортёром российского оружия. В том числе и противоракетной системы «Тор М-1», прикрывающей иранское ядерное производство.

Какова твоя ось?

Благодаря Путину союз Иран – Россия аккуратно развивается по трём направлениям: ядерному, энергетическому, оружейному.

Есть ли трещины в броне? Конечно.

Первое, Москва совсем не хочет милитаризации иранской ядерной программы. Это называют «региональной нестабильностью». Затем, Среднюю Азию Москва считает своим приусадебным участком, так что Ирану трудно будет доминировать в этом регионе. Пока идут каспийские дела, Россия нужна Ирану для удовлетворительных юридических решений.

С другой стороны, новая иранская военная диктатура муллатариата отреагирует свирепо, если когда-нибудь Россия выступит резко против Ирана в Совете Безопасности ООН. Это может привести к разрыву экономических отношений, что очень плохо для обеих сторон. Тегеран имеет возможность поддерживать радикальный ислам повсюду от южного Кавказа до Центральной Азии.

При таких запутанных обстоятельствах не так уж трудно представить себе своего рода вежливую холодную войну, идущую между Тегераном и Москвой.

Встав на российскую точку зрения, мы вновь возвращаемся к пресловутым осям. Так, ось Москва – Тегеран – Ереван – Нью-Дели стала бы противовесом поддерживаемой США оси Анкара – Тбилиси – Тель-Авив – Баку. Однако жаркие споры об этом идут даже среди российской элиты. Старая гвардия, в частности бывший премьер-министр Примаков, считает, что, содействуя своим бывшим арабским клиентам и Ирану, Россия возвращается как великая держава, другие, так называемые западники, уверены, что Иран это большая обуза.

Их мнение не лишено оснований. Главной причиной существования оси Москва – Тегеран является совместное и взаимовыгодное противостояние двух стран властным поползновениям США. Достаточно ли хитёр Обама, чтобы через свою политику «разжатого кулака», опрокинуть этот союз? Или израильское лобби и военно-промышленный комплекс принудят его в конце концов нанести удар по режиму, единодушно презираемому сейчас на всём Западе?

Россия и Иран – твёрдые сторонники многополярного мира. Новая военная диктатура муллатариата в Тегеране понимает, что она не может позволить себе быть в изоляции. И выход в свет для неё, вероятно, должен пролегать через Москву. Это объясняет, почему Иран делает всевозможные дипломатические усилия для присоединения к ШОС.

Как бы ни поддерживали западные прогрессивные силы иранских прагматичных консерваторов (которым очень далеко до реформистов), жестокая реальность такова: Иран – ключёвой инструмент России в его отношениях с США и Европой. Не имеет значения, насколько неприятен подтекст, всё свидетельствует о стабильности в этой жизненно важной артерии в сердце Новой Большой игры.

*Муллатариат (mullahtariat) – словечко, по-видимому, изобретено автором статьи – прим.перев.)

Читайте далее: Китай и Новый Шёлковый путь.

Пепе Эскобар - автор книг «Globalistan: How the Globalized World is Dissolving into Liquid War» и «Red Zone Blues: a snapshot of Baghdad during the surge». Совсем недавно вышла его новая книга «Obama does Globalistan» (Nimble Books, 2009).

Вы можете написать ему: pepeasia@yahoo.com

Обсуждение на форуме

статью прочитали: 9851 человек

Комментарии 

Комментарии возможны только от зарегистрированных пользователей, пожалуйста зарегистрируйтесь

Праздники сегодня

© 2009-2018  Создание сайта - "Студия СПИЧКА" , Разработка дизайна - "Арсента"