быстрый поиск:

переводика рекомендует  
Война и Мир
Терра Аналитика
Усадьба Урсы
Хуторок
Сделано у нас, в России!
Глобальная Авантюра
Вместе Победим
Российская газета
 
дата публикации 30.10.09 16:10
скаут: mocva; публикатор: mocva
   
 

Евгений Примаков: советы непостороннего

29 октября президенту Торгово-промышленной палаты России Е.М. Примакову исполняется 80 лет.

Такое уже было. В кризис 98-го тоже казалось: все, Россия заканчивается. Но оказавшуюся на грани дефолта страну, которую бывшие в силе и фаворе либералы готовились уже пустить за долги с молотка, стали вытаскивать. И вытащили из кризиса с приходом Евгения Примакова в премьеры в тот тяжелейший сентябрь.

Сегодня Примаков - президент. Президент Торгово-промышленной палаты России, которая по статусу своему призвана представлять интересы бизнес-сообщества перед властью. «Интересы, не противоречащие интересам общества», - всегда подчеркивает он. С этой позиции и с позиции политика и экономиста с огромным опытом Евгений Примаков и оценивает нынешнюю кризисную ситуацию - которая, что бы там ни говорили официальные оптимисты, еще очень далека до разрешения. Многие предложения ТПП РФ, а значит, и Примакова, вошли в антикризисный план правительства. Многие, но не все.

Поднять падающую экономику, «раскрутить» ее, при этом максимально уменьшив неизбежные потери в экономической и социальной областях - и есть выход из кризиса. Но на этом останавливаться нельзя, заявлял еще на «подходе» к нынешнему трудному времени Евгений Примаков. Нужно параллельно формировать новую, посткризисную, инновационно ориентированную систему экономики. В противном случае будет реализован самый худший для нас сценарий: с горем пополам, как-нибудь мы переживем трудное время, дождемся стабильного роста цен на нефть и снова – похоже, уже навсегда – станем сырьевым придатком развитого мира. Навсегда - потому что развитой мир, думая о завтрашнем дне, именно сегодня делает ставку на разработку новых технологий, реализацию свежих идей. Пропасть между нами вот-вот может стать попросту непреодолимой. Поэтому и нам надо стремиться прорваться на инновационный простор, туда, где создают и продают высокие технологии и где, в сущности, определяются судьбы мира. Вот сверхзадача. Очень сложная, но, при старании, она все же может оказаться нам по силам. Государство, кстати, план разработало, такую цель поставило. Правда, как-то кривобоко и половинчато идет реализация, неэффективно используются и немалые средства, выделяемые на поддержку экономики и придания ей инновационного характера.

Не так уж и давно мы радовались тому, как много нефтедолларов попадает в российскую копилку. И - прозевали пренеприятнейшую вещь: наши компании умудрились назанимать в западных банках порядка 500 миллиардов долларов. «Главный бухгалтер РФ» Алексей Кудрин изо всех сил вкладывал в западные ценные бумаги наши нефтедоллары вместо того, чтобы пускать их «в работу» у себя дома, вот и было невыгодно и дорого в Отечестве брать кредиты. Теперь и те западные ценные бумаги ничего не стоят, и одолженные деньги надо отдавать. Правительство России, в связи с кризисом, выделило в 2008-м пятьдесят миллиардов на покрытие внешнего корпоративного долга. Не даром, конечно, выделило, но радости от этого мало: часть должников гарантированно не доживет до конца кризиса, и придется долги списывать государству - как убытки. А в 2009-м надо вернуть зарубежным ростовщикам уже 160 миллиардов долларов, и мало кто из них соглашается на рассрочки-отсрочки.

Сегодня крайне необходима личная ответственность руководства крупных банков и сырьевых компаний за выплату зарубежной задолженности, уверен Евгений Примаков.

Нельзя покрывать кредиты и займы за счет акций наших предприятий-должников: акции эти стоят сегодня всего ничего, и Запад, таким образом, за бесценок получит нашу собственность, которая после кризиса будет стоить в сотни раз дороже. Что делать? Повысить личную ответственность руководства крупных банков и сырьевых компаний за выплату зарубежной задолженности! Бить по рукам за попытки хитрить, привычно лукавить, отводить дополнительные финансовые ручьи для собственного избыточного потребления. Евгений Примаков еще в конце прошлого года заявлял, что в интересах всего общества следовало бы создать в таких компаниях на время кризиса наблюдательные советы с участием правительственных чиновников и, скажем, Счетной палаты РФ, Госдумы с правом вето на любые решения, которые противоречат мобилизации их финансовых средств на погашение внешних долгов. Правда, есть проблема, и Примаков с ней согласен: где взять столько честных чиновников?

Но если нынешняя горькая наука пойдет впрок, то, глядишь, больше уже западные банки не будут основным источником финансирования нашего бизнеса. Следует, по Примакову, параллельно серьезно укреплять российскую кредитно-банковскую систему, которая и должна стать источником «длинных денег» для экономики. Укреплять, но и жестко контролировать, тем более во время кризиса.

Но у страны с контролем не очень получается. Нынешний общий экономический кризис, помнится, начался в октябре с кризиса финансового: бизнесмены перестали доверять друг другу, банки прекращали кредитовать работу компаний. И так по всей цепочке пошло. Государство, чтобы пробить этот тромб недоверия, влить в реальную экономику дополнительные средства, перечислило пару триллионов рублей под небольшой процент основным банкам. Власть была уверена, что для экономики эти недорогие деньги станут спасением.

Это было, считает Евгений Примаков, само по себе верное решение: следовало помочь кредитно-банковской системе, потому что ее падение грозило развалом экономики и ударом по населению - банки отказались бы выплачивать депозиты. Но вот с реализацией задуманного получилось «как всегда». Выделенные государством под небольшой процент средства не дошли до реального сектора экономики: банки использовали их для себя, конвертировали в валюту, формально расплатившись с государством. А экономике банкиры предложили заоблачной стоимости кредиты, выдаваемые на короткий срок под непомерное залоговое обеспечение. Развивайся, реальный сектор. Или тихонько умирай. Пока что с развитием получается «так себе».

Следует вообще исключить возможность получения банками сверхдоходов в кризисное время за счет заёмщиков, считает в связи с этим Евгений Примаков, рычаги для этого есть.

Вообще, надо в кризис фиксировать процентные ставки – те, по которым банки получают государственные средства, и те, по которым потом кредитуют этими средствами предприятия реального сектора. Именно реального, потому что в нем, а не в сырьевом, делают новые товары, именно в нем пилят, обрабатывают, строгают, конструируют, создают и реализуют новые идеи, именно он – основа любой нормальной и инновационной экономики. Но в нем же рентабельность ниже, чем сегодня процентная ставка наших банков, именно его предприятия чаще умирают у нас в кризис.

Между тем, кредиты реальному сектору банкиры навязывают всеми правдами и неправдами - где-то под 22 процента годовых. О такой рентабельности несырьевые предприятия могут только мечтать.

Мировой кризис раздает всем сестрам по серьгам, но все же одни страны выходят из него совсем ослабленными, а другие – обедневшими, но с багажом новых идей и видением перспективы. Они-то и вырываются потом вперед. Многие знаменитые ныне фирмы появились на свет в период депрессий в результате отчаянной попытки что-то сделать, изменить. В приложении к России, из которой еще не все неординарные головы уехали, это означает необходимость переводить экономику на уже упомянутые инновационные рельсы. Но переводить на деле, а не на словах, много раз подчеркивал Евгений Примаков. До недавнего времени дел было куда меньше, чем слов. Например, Российская венчурная компания получила 28 миллиардов рублей из бюджета. Должна была содействовать инвестированию в высокотехнологичные, наукоемкие сектора экономики, но за два года удосужилась создать лишь два фонда с уставным капиталом в 3 миллиарда рублей. Будем продолжать в кризис так себя вести – толку не будет.

Сегодня крайне важно поддержать вложения бизнеса в новые разработки, модернизацию производства, передовые инновационные технологии, говорит Евгений Примаков. Содействовать этому нужно, прежде всего, радикальными налоговыми изменениями. Правда, к таковым трудно, например, отнести гордость Минфина - снижение на несколько процентов налога на прибыль, когда в стране и так уже более половины предприятий убыточны.

А вот предоставлять инвестиционный налоговый кредит на срок не менее трёх лет предприятиям, занимающимся разработкой и внедрением инновационной импортозамещающей продукции, – это было бы правильно.

Уже снижены налоги на инвестиции предприятий в НИОКРы и техническое перевооружение, освобожден от пошлин и НДС импорт оборудования, аналоги которого не производятся в РФ…

Но в то же время не налажен, например, контроль за качеством ввозимого оборудования и технологий. Между тем, в стране действительно новые технологии приобретают только 13,5 процента предприятий, и лишь 8 процентов из них проявляют интерес к покупке прав на патенты и патентные лицензии. Иными словами, в основном покупается «вчерашний день». Вообще, у нас новых машин и оборудования производится в 82 раза меньше, чем в Японии, в 30 раз, чем в Германии и в 31 раз меньше, чем в Китае.

Кстати, мировой опыт свидетельствует: инновационной экономика становится только при условии, что в стране активно развивается малый бизнес. Большому недосуг чего-то там изобретать-разрабатывать, он на объемах зарабатывает. А поставляет ему разработки для массового тиражирования как раз малый инновационный бизнес. В последний год, наконец-то, в России приняли ряд законов, облегчающих жизнь малых предприятий: глядишь, они окрепнут, перестанут быть для чиновников и людей в погонах вечным объектом для «стрижки». При условии, конечно, что законы заработают так, как им следует работать. А то вот вроде бы имеют все малые право получать от 10-20 процентов объема госзаказа, а на практике достается это право очень немногим. Обычно «традиционным» поставщикам, накрепко связанным с чиновниками: они давно освоили нишу госзаказа, овладели премудростями «распиливания» бюджетных денег. Чужаков, то есть остальной малый бизнес, держат на расстоянии. А речь-то идет примерно об одном триллионе рублей в год. Это огромнейший ресурс, на котором малые действительно могут подняться. Предпринимательское сообщество надеется, что проблема будет решена с помощью получающих распространение электронных аукционов. Может быть, да. А может - и нет. Кусок-то жирный…

Вот поэтому Примаков и считает крайне необходимым все предпринимаемые меры для выхода из кризиса дополнить не традиционной для нас показушной, а полноценной борьбой с коррупцией, рейдерством, экономическими преступлениями. Без этого есть огромный риск свалиться в хаос и беззаконие лихих ельцинских девяностых.

Евгений Примаков считает, что надо отказаться от плоской шкалы подоходного налога.

В связи с этим вспоминаю, как пару лет назад один наш небедный соотечественник А., оперившийся во время скоротечного пребывания на высоком правительственном посту в 90-ые, так отреагировал на предложение отменить плоскую шкалу подоходного налога: «По 13 процентов налога со всех - это идеал справедливости. Но алчный и завистливый российский народ хочет у нас все отнять и поделить. Не всем же быть богатыми».

Да, на всех правительственной должностишки на месячишко-другой не хватит. Но считать плоский налог верхом справедливости все же не стоит. Его в девяностые годы ввели, чтобы богатый не прятал свои доходы и не числился бы, сидя в авто за миллион долларов, человеком, живущим на грани голодной смерти. С тех пор, худо-бедно, а контроль какой-никакой в государстве организовали, можно было бы переходить на прогрессивную шкалу налогообложения. Потому что плоская, о чем не знал или не хотел знать упомянутый А., применяется лишь в нескольких странах, а в остальных же заработавший выше определенной суммы отдает в бюджет, как миленький, и 40, и 60, и 80 процентов прибыли. Это называется перераспределением доходов, и это одна из гарантий социального мира и ликвидации позорной нищеты, у нас особенно пышно цветущей.

Так вот, Евгений Примаков уверен: отказавшись от плоской шкалы, надо установить достаточно высокую границу доходов, с которых взимается минимум, и резко поднять налогообложение сверхдоходов. Вот его слова: «Далеко не социально ориентированное государство, Великобритания, в качестве одной из антикризисных мер резко увеличивает подоходный налог для тех, кто в год зарабатывает сумму немногим большую, чем 200 тысяч долларов. Такое же направление налоговой практики выбирают в США. Необходимо подумать об этом и нам, особенно в кризисный период».

Вот такие основные антикризисные соображения «от Примакова». В них нет ничего экстраординарного и трудновыполнимого, в этих предложениях все понятно - что и подкупает. И – многие, если не большинство из них, нужны не только в кризис.

статью прочитали: 4270 человек

   
теги: Евгений Примаков, Северная Америка, Юбилей  
   
Комментарии 

Комментарии возможны только от зарегистрированных пользователей, пожалуйста зарегистрируйтесь

Праздники сегодня

© 2009-2021  Создание сайта - "Студия СПИЧКА" , Разработка дизайна - "Арсента"